Нелюди Великой реки. Полуэльф

Рот «рыцаря» не закрывался ни на минуту, вокруг него толпились люди, и Бонс… распоряжался! Точнее, это было что-то вроде импровизированного митинга, посвященного, как выяснилось, чудесному спасению Бонса из лап нежити. Неожиданное внимание бандитов, жадные взоры набежавших откуда-то людей, внешне похожих на самого Бонса, то есть на крестьян-арендаторов с одностволками или даже бывших крепостных из всевозможных приречных баронств, пытающиеся пробраться поближе калеки и уроды всех возрастов, — у меня, если честно, голова пошла кругом.

— …и тогда коварная нежить, устроившая засаду на рыцаря Бонса Ингельмийского, была повержена, а сам он спасен! — Некто узкоплечий, с лицом, как топор, оттопыренными немытыми ушами, в длинном, до пят пыльнике стандартного серого цвета завершал явно не обогащенный подробностями рассказ. Голос тоненький, но как верещит-то вдохновенно — сам верит, наверное!

Толпа взорвалась приветственными криками и залихватским свистом, и я было решил, что это они Паолу увидели, радуются. Нет, не Паолу. У меня как-то и воображения не хватило представить, чтобы клакеры, просочившиеся в современность еще из античности, были востребованы не в Нижегородском театре, а на улицах далекого от искусства Гуляйполя. Народец орал, вылезший из подвала Семен только щурился, а вот Бонс, сдержанно раскланявшийся на все стороны, неожиданно поднял руку, призывая к молчанию. Затем взобрался на капот «полевичка», служащего в Гуляйполе чем-то вроде такси.

вполголоса продекламировал я неудачный агитационный стишок пришлых, посвященный одному из самых отвратительных предателей в их истории. В разгар войны с немцами этот персонаж призывал к поражению русской армии… Стоп, стоп, стоп, неужели я «разгадал» Бонса? Шпион, предатель и провокатор? На кого работает «рыцарь»? На Нижний Новгород?

— Что стало с верой наших отцов?! — спросил Бонс с горечью, почти не возвышая своего слегка глуховатого, «проникновенного» голоса прирожденного оратора. Эк его кидануло! Недооценил я Бонсика, недооценил… — Где храмы Четырех богов? Что стало с храмовыми школами? Где жрецы? И почему все они такие толстомордые?

Публика сгрудилась вокруг нового «Иеремии» поплотнее: если кто-то взялся за жрецов, то это дорогого стоит… Неужели и здесь кризис веры?.. Познакомлю Бонса с Сашей из христианского скита — во взаимных горестях они найдут взаимное же утешение! Типа у соседа корова сдохла — пустячок, а приятно!

Переждав ропот «митингующих», Бонс продолжил:

— Когда в Гуляйполе пришли слуги Кали, где были жрецы Четырех богов? Втянули животы в позвоночник, а языки в задницу, да попрятались по норам, как мыши! А потом пришли туги! И стали брать на рынке детей для жертвоприношений! Наших детей!..