Нелюди Великой реки. Полуэльф

 — Почему не там? — Вампир издевательски повторил кивок Бонса. В сторону Твери.

— А из-за него… — «Рыцарь» скосил глаза на меня и замолк с видом человека, честно выполнившего свой долг.

— Еще интереснее! — Умрун повернулся ко мне, но не успел он продолжить своего идиотского допроса, как Бонс включился вновь:

— Я должен был встретить сына Лиинуэля Огненного и отвезти его… куда сказано.

— Это вот этого, что ли? — с брезгливой миной проговорил вампир, рассматривая меня с интересом, который я не рискнул бы назвать профессиональным. Скорее, гастрономическим. Жадный был такой взгляд и… липкий, что ли. Если бы на меня таким взглядом девушки смотрели, я и то бы сбежал, скорее всего.

— Точно! — Если бы Бонс мог ткнуть в меня пальцем, он бы это, несомненно, сделал.

— Сын самого Лиинуэля — полукровка? — А ведь фальшивит нежить, фальшивит. Я прям чую: словно подгоревшей яичницей воняет. Он знал заранее.

— И в этом была основная трудность! Узнали об этом случайно! — Бонса распирало от гордости. Вот этот играет — не придерешься! Плевать, что рожа на блин похожа, этот и Бориса Годунова сыграет в Нижегородском театре! Борода позволяет… Вроде бы Борис Годунов не носил бороды, брился, как европеец, а бороду придумал уже сам Федор Иванович Шаляпин — для оперы Мусоргского…

Главный умрун ненадолго задумался, кивнул своим мыслям, и я уже мысленно поздравил Бонсика с прекрасно проведенной комбинацией. В том, что наша кровь не достанется вампирам, я был почти уверен. Умрун усмехнулся — он принял уже какое-то решение, хотел распорядиться насчет нас, но неожиданно за его плечом оказалась молодая вампирша, и из груди старшего проклюнулось грубо и криво заточенное острие деревянного колышка.

Вид у девчонки был совершенно безумный. Кровью ее рубаха была заляпана теперь уже полностью, да вдобавок и пуговицы оторваны до пупа, так что нам с Бонсом открывался неплохой вид. Только оценить его по достоинству мы не могли — не в настроении были. Мы были в ужасе: наши ухищрения, тонкая игра Бонса, мои удачные импровизации — все пошло насмарку. «Радуга», очевидно, уже выпила нескольких человек, кабатчика и официанток, так что море ей было по колено.

— Ашмаи?!! — на губах «радуги» пузырилась розовая пена. — Да знает ли Ашмаи, что творит Белый? Знает?? Знает???

На каждое «знает» она втыкала кол в тело умруна. Если тот и знал ответ на этот вопрос, то скрывал это успешно. Партизан… Чуть поодаль слышались яростные крики вампиров, у «радуги» как-то неожиданно нашлись соратники, «гости» начали убивать «хозяев», и «пьяная драка» мгновенно переросла в «бытовуху». Умруны дрались друг с другом по всему залу кабака, причем «гламурные», как самые беспринципные беспредельщики, не брезговали осиновыми кольями.