Великое избавление

На этот раз я загубила дело, верно?

— Разумеется, нет, — возразил он, хотя отнюдь не был уверен, что она не лишила их последнего шанса. — Они остались в той квартире?

— Да. Вызвать кого-нибудь из Ярда?

— Нет! — Линли быстро прикидывал все варианты. Все сложилось крайне неудачно. После стольких лет женщина нашлась — и тут такое! С ума можно сойти от злости! Линли прекрасно понимал, что только с ее помощью он доберется до сути этого дела. Только Джиллиан сумеет дать истолкование той странной картине, которая начала вырисовываться перед ним, едва он столкнулся с шекспировской эпитафией на могиле безымянного младенца.

— Тогда, может быть, я…

— Идите домой. Ложитесь в постель. Я сам разберусь.

— Сэр, пожалуйста. — В голосе ее зазвучала мольба. Но сейчас он не мог ей помочь, не мог даже посочувствовать.

— Делайте, что вам говорят, Хейверс. Идите домой. Ложитесь в постель. Не звоните в Ярд и не возвращайтесь в тот дом. Вам ясно?

— Значит, я…

— Садитесь на утренний поезд и возвращайтесь сюда.

— А как же Джиллиан?

— Я позабочусь о Джиллиан, — угрюмо пообещал он и положил трубку.

Посмотрел еще раз на раскрытую книгу на столе. Он потратил четыре часа, перебирая в уме все приходившие на память строки Шекспира. К сожалению, помнил Линли не так уж много. К елизаветинцам он относился как историк, а не как читатель. Несколько раз за этот вечер Линли пожалел о недостатках своего образования. Если б много лет назад в Оксфорде он решил изучать творчество Великого Барда, загадка была бы уже разгадана.

И все же он наконец нашел нужную цитату и принялся читать и перечитывать строфу, пытаясь выжать некий применимый к двадцатому веку смысл из стихов, написанных в семнадцатом:

Убийство и разврат — одно с другимТак неразлучны, как огонь и дым.[7]«Он дает смысл и жизни, и смерти», — сказал священник. Какое отношение имеют слова Перикла, царя Тирского, к заброшенной могиле в Келдейле? И какое отношение эта могила имеет к смерти фермера?

Никакого отношения, говорил его разум. Самое существенное, возражала интуиция.

Линли захлопнул книгу. Все теперь зависит от Джиллиан, только она способна открыть истину. Он снял трубку и набрал еще один номер.

Уже после десяти вечера она пробиралась по скудно освещенным улицам Актона. Уэбберли удивился при виде нее, но удивление тут же исчезло, когда он вскрыл присланный Линли конверт. Посмотрел на фотографию, покрутил ее в руках и схватился за телефон. Резко приказал Эдвардсу немедленно явиться и отпустил Барбару, даже не спросив, почему она внезапно появилась в столице, одна, без Линли. Он как будто забыл о ней. А может быть, так оно и есть?

Какая разница, думала она. Наплевать, что бы из этого ни вышло. Она обречена на поражение.