Великий герцог Мекленбурга

Пока боярин, опасливо косясь на мой пистолет, провожал меня, словно дорогого гостя, в моей голове крутилась какая-то мысль, которую я никак не мог ухватить за хвост. Наконец, когда я уже выходил за ворота, в голове будто щелкнуло, и я, развернувшись к боярину, спросил:

– Так ты боярин Романов, что ли?

– Ну да, Иван Никитич я.

– Чудны дела твои, Господи!

– Это ты к чему, немец?

– Да так, – буркнул я в ответ и добавил про себя: «Не везет России с царями».

К вечеру шум боя в Замоскворечье стал стихать. Шляхтичи и жолнежи в тоске расходились со стены, поскольку стало понятно, что сегодня помощи они не получат. Многие из них отправились к отцу Тео, чтобы получить утешение. Другие собирались в кучки и что-то горячо обсуждали. В одной из таких групп я увидел давешнего гайдука, что-то пытающегося сказать своим товарищам, но то и дело получающего тумаки от своего рослого товарища.

– Это ты десятник Войкович? – громко спросил я, подойдя к гайдукам.

– Ну я, а тебе-то что? – немедленно ответил здоровяк, повернувшись ко мне.

– Да ничего, просто я хотел донести полковнику, что у меня какой-то негодяй украл пистолеты, пока я доставлял ему продовольствие, но не знал, на кого показать. Теперь знаю.

– Что ты несешь? Не знаю я ни про какие пистолеты!

– Ну не знаешь так не знаешь, а где находится кладовая посольского приказа, тоже не знаешь?

– Значит, Яцек мне не соврал, когда говорил, что…

– Да, не соврал. Только у тебя ничего не получится, десятник.

– Потому что этот приказ хорошо охраняется, и тебе не удастся туда пробраться. А пожар такой, какой нужно, тебе не устроить.

– Да надо, чтобы было много дыма, дабы мешки с припасами стали выносить. Но чтобы не начался настоящий пожар, иначе тут все сгорит и жить вам будет негде.

– А почему ты хочешь разграбить этот склад?

– А потому что мне обещали щедрое вознаграждение, если я доставлю этот чертов воз в Кремль! И что же, я выполнил свою часть уговора, а все еще беден как церковная мышь, к тому же я скоро вынужден буду голодать, а этого мне уж совсем бы не хотелось!

Ближе к полуночи, когда большинство обитателей Кремля уже спали, часовые, караулившие подвалы посольского приказа, почуяли дым. Встревожившись, они стали осматриваться и обнаружили, что огонь горит в верхней клети. Караульные тут же подняли тревогу, и ночь разорвал тревожный бой колокола. Одни жолнежи кинулись тушить, пока пожар не перекинулся на другие здания, другие тем временем спасали от огня драгоценное продовольствие. Утром выяснилось, что в поднявшейся суете несколько мешков пропало. Полковник Струсь попытался произвести расследование пропажи, но безрезультатно – удалось найти лишь веревку, связанную из вожжей и спускавшуюся с кремлевской стены, и убитого часового.