Великий маг, вернувшийся за ней

Взрывная волна с грохотом ударила его в спину, разрывая крылья, превращая их во вспышки огня и молний, и нас, протащив несколько сотен шагов, швырнуло в воду. Завертело, толкая, переворачивая, норовя поломать, но Лисар держал меня так крепко, что даже обезумевшая волна, не смогла нас разнять. Нас таскало в ней, ударяя потоками, я едва успевала вдохнуть, я сама вцепилась в Лисара намертво. Как-то в шторм меня смыло за борт — и ощущения сейчас были точно такими же: не понять, где низ, где верх, везде вода, и просто страшно.

Нас мотало долго, или, может, так казалось, но, когда вышвырнуло на каменистый уступ, изрядно в него впечатав, и я отдышалась, оказалось, что не только острова чужаков больше не видно, но и этот треугольный кусок скалы, который я приметила ещё с корабля, находился близко к тому острову, где раньше скрывался последний храм богов.

Только сообразив, где мы, и убедившись в относительной безопасности, я обратила всё внимание на Лисара.

Он выглядел не только пожёванным, но и смертельно уставшим. Опирался ладонями на вылизанный штормами камень и смотрел на меня. Ветер трепал его светлые волосы, бросал на нас брызги мечущихся вокруг волн. Капли стекали по бледной коже Лисара. Промытые солёной водой порезы и ссадины покрывались сероватой корочкой.

— Нужно закончить начатое, — его голос был таким же сиплым, как у меня, и каким-то ломким. — Как твой покров?

Сосредоточившись, попробовала вызвать драконий… по телу пробежала серая тень и, в нескольких местах сформировав призрачные чешуйки, начала таять. Тогда я вместо призыва этого непривычного для меня образа воззвала к огненному покрову феникса, и на этот раз покрылась полупрозрачными перьями. Они подрагивали на ветру, как настоящие, я могла их пощупать, но этот покров не обладал прежней плотностью.

Как Лисар и предполагал по своему опыту, после смерти бога покров теряет в силе, но возможность полёта и некоторую защиту оставляет.

Ничего не говоря, повернулась к нему спиной и выпустила крылья в стороны. Сердце стучало тревожно-торопливо, я чувствовала себя странно из-за слабости, лёгкого отравления антиманой, всей этой ситуации.

От прикосновения я вздрогнула — Лисар был очень холодным. Прильнул к моей спине. Его дыхание скользнуло по основанию шеи, а руки тяжестью легли на плечи.

— Осталось ещё немного, — прошептал он и уткнулся носом мне за ухо.

Это было немного щекотно. Я поднялась, вытягивая за собой Лисара, тряхнула полупрозрачными крыльями.

Взлёт дался тяжело, я буквально выцарапывала себе дорогу в небо, полупрозрачными крыльями приходилось махать вдвое чаще прежнего, или, возможно, проблема была в весе Лисара.

Или в том, что находилось внутри него.