Наследие великанов

 – Мне это обстоятельство не нравится.

– Ты просто нервничаешь, – хладнокровно отозвался Дэвид Луминар, новый король Нью-Йорка.

Вопреки распространенному мнению, Дэвид отнюдь не был тупым рубакой, взобравшимся на вершину благодаря подлости и первобытной жестокости, его уму могли позавидовать многие масаны, и именно ум позволил Луминару не только одержать победу в междоусобице, но и подмять под себя всё Восточное побережье США.

Дэвид славился злопамятностью, поэтому Малкавиан, несмотря на присущее клану безумие, не взорвался, услышав немного обидное замечание. Нахохлился, конечно, но не разразился потоком отборных ругательств, коих знал множество. И совершенно неожиданно ответил:

– Да, немного нервничаю.

Остальные собеседники ошарашенно помолчали, и лишь через полминуты Диего Носферату, безоговорочный лидер Рио и всей Бразилии, поддержал товарища:

– Ситуация действительно выглядит неопределённой.

– Не вижу ничего страшного, – уверенно продолжил Дэвид. – Мы не дети, мы вместе разрабатывали каждый пункт плана, мы долго готовились и сумеем реализовать задуманное без оперативного управления…

– Без страховки, – уточнил Атал Гангрел, сумевший вырвать Мадрас из цепких лап Виджая Луминара.

– Без того, что нам будут утирать сопли, – парировал Дэвид.

– Ярга всё-таки в плену? – угрюмо спросил Диего.

– Ярга там, где хочет быть. Никто не способен переиграть заурда.

– Хочу напомнить, что Сантьяга не вчера родился, – заметил Марко Носферату из Лос-Анджелеса. – И даже не позавчера.

– Хочу напомнить, что Ярга выиграл Первую войну."

"– Сколько тысяч лет с тех пор прошло? И где он был всё это время?

– Не важно! – неожиданно громко произнёс Фрэнк, сообразивший, что его первое замечание способно увести совещание далеко в сторону. – Важно то, что заурд одобрил план и мы обязаны его исполнить.

Все знали, чем грозит неповиновение, и мысленно согласились с тем, что, пока не будет достаточных доказательств смерти Ярги, нужно чётко следовать его указаниям.

– Конклав – это признак неуверенности, – твёрдо заявил ещё один Луминар – Тамим, кардинал из Бейрута, правящий всем Ближним Востоком. – Сантьяга, очевидно, не знает, как справиться с заурдом, и пытается договориться с нами.

– А если мы откажемся – убьёт нас, – проворчал Диего.

– Ты убил бы?

– Обязательно.

– А комиссар дал слово, – напомнил Тамим. – И пришлёт заложников.

– Ты уверен?

– Без этого я не поеду.

– То есть только на его слово ты не полагаешься? – хмыкнул Фрэнк.

– Нет, конечно, – ответил владелец Бейрута.

Между непримиримыми и Великими Домами было слишком много крови, чтобы поверить даже самому твёрдому обещанию.