Наследие великанов

Молодая жрица сидела перед большим трюмо в квартире, которую никто и никак не мог связать с её именем, предприняв необходимые усилия, чтобы оказаться в квартире тайно. Она посетила это место впервые, но обратила внимание, что помещение оказалось тщательно подготовлено к её визиту: на кухне такая же, как дома, кофемашина с засыпанными зёрнами её любимого сорта. Две бутылки минеральной воды – именно той, которую она предпочитает. В холодильнике – фрукты и сырная тарелка… Стоит ли говорить, что и с этим владельцы квартиры угадали?

Оглядев кухню, Снежана прошла в комнату и улыбнулась: на трюмо была выставлена её любимая косметика… Отсутствовали только духи, которые жрица смешивала сама, и этим навы показали, что не вторгаются в её личную жизнь чересчур далеко.

Нет, не навы – Сантьяга.

Снежана присела на пуфик перед зеркалом и рассеянно провела по щеке мягкой кисточкой, убирая мельчайшую, практически незаметную пылинку.

«Удивительным образом сплетаются порой линии судьбы…»"

"Родители Снежаны погибли от рук масанов – вассалов Тёмного Двора, её обожаемый жених, первый мужчина и герой, пал в стычке с навами, а любовник, за которого молодая жрица подумывала выйти замуж, не вернулся из самоубийственной вылазки во время войны Кадаф, потребованной навами в уплату за помощь…

Нет, не навами – Сантьягой.

Молодая жрица не испытывала к комиссару ненависти – ведь вечная игра противоборствующих домов началась не вчера и закончится не завтра, – но не питала тёплых чувств.

И вот – согласилась помочь.

Потому что Сантьяга пришёл к ней, почему-то именно к ней, и предельно искренне рассказал, что ему нужно и зачем. И Снежана, привыкшая к интригам и тайнам, была слегка смущена таким честным подходом, а обдумав услышанное, не смогла отказать.

«Нити судьбы…»

Жрица почувствовала напряжение магического поля, отложила кисточку, поднялась и уверенно шагнула в появившийся в углу комнаты вихрь магического перехода. Чёрный вихрь, означающий Тьму и Навь.

Шагнула в квартире, а вышла в сводчатом, плохо освещённом помещении и с благодарностью оперлась на поданную руку.

– Благодарю, комиссар.

– Благодарю, что согласились помочь, жрица.

Почему-то Снежана думала, что в Цитадели Сантьяга изменит своей невозможной, немыслимой для нава любви к светлым тканям и встретит её в чём-нибудь чёрном, или тёмно-сером, или тёмно-синем… другими словами – в чём-нибудь соответствующем мрачному подземелью, но жрица ошиблась – комиссар предстал в привычном элегантном костюме.