Великан

Я, конечно, ни разу не эксперт в методах подготовки к соревнованиям по бодибилдингу, да чего уж там, даже не любитель, но банальной логики должно быть достаточно, чтобы понимать: инфа с несостоятельностью спортсменов в постели в большинстве случаев полная туфта. Просто очередной бред от людей, верящих в древние россказни бабушек у подъезда.

— Хорошо, что они все-таки расстались, – продолжает Света. - Но наверное, он снова какую-нибудь дуру найдет. Смазливый, зараза, знает, на что давить.

— Секунду, - у меня в кармане звонит мобильник. - Да. Уже на месте, подходите.

— Какие-то дела? - настораживается Света.

— Буквально на пять минут. Ничего серьезного, - отмахиваюсь я. – А скажи насчет этого парня твоей подруги, что во всем этом тебе больше всего не нравится?

— Ну как?! - она даже руками всплескивает. - Он же ей получается врал и жил за ее счет. Ну, какой дурак поверит в реальность каких-то контрактов? Кто всех этих билдеров вообще знает?

— Некоторых все же знают, но, согласен, таких очень мало. Тем более у нас. Но ведь все врут. Все за чей-то счет живут. Разве нет?

— Она же с ним отношения хотела построить. Настоящие, надолго. И он вроде как отвечал ей тем же. А что это за отношения на вранье? Как такому человеку потом верить можно?

— Согласен, - полностью поддерживаю такую точку зрения.

Присматриваюсь ко входу в зал и машу рукой, привлекая внимание вошедшего парня. Платон тоже почти не изменился. Разве что стал уже в плечах, да и в целом будто помельчал. Или это мне только теперь так кажется?

— Кстати о лжи…

Света, заметив мой жест, оборачивается. В следующее мгновение мне кажется, что по ее телу пропустили разряд тока. Она дергается, точно готова сорваться со стула и бежать, но понимает, что уже поздно. Платон уже идет к нам. И Свету он тоже заметил.

Девчонка переводит взгляд на меня.

В ее глазах бушует паника, а бледность кожи проступает даже сквозь тональный крем. Она тупо не понимает, что происходит. Открывает и закрывает рот, но ничего не говорит.

— Привет, - Платон останавливается возле нашего столика и сверху вниз смотрит на Свету. - А ты тут что делаешь?

И тон, которым это произносит, звучит очень нехорошо, даже с угрозой.

— Сидим, болтаем, - говорю я, когда девчонка так и не находится, что ответить.

— А ты кто такой? Это с тобой я договаривался?

— Не узнал? Серьезно? Да ты присаживайся, чего стоять?

Он медлит несколько секунд, но потом все же пододвигает стул, разворачивает его спинкой к столу и садится, широко расставив ноги.

— Какого хрена тут происходит? - переводит взгляд с меня на Свету и обратно.

— Это же Славик, - все же немного приходит в себя Света. - Помнишь? Вот, встретились случайно, решили посидеть.

Он смотрит на меня - и лишь спустя время в его взгляде появляется узнавание.