Совушка ее величества

– Да ну? – прошипев, потому что на глаза уже навернулись слезы, я стиснула зубы от новой вспышки боли, колоколом отозвавшейся в затылке. – Хватит!

– Терпи, – прикрикнув, драконица обеими руками обняла мою голову и заглянула глубоко в глаза. – Дыши глубже, будет легче. И терпи. Хочешь жить – терпи.

В корне неверное утверждение. Хочешь жить – бей.

Боль уже не колола иголочками, она выгрызала в моей голове туннели, которые заполняла собой кипящая голубая лава, перестраивающая меня в очередное «нечто», но теперь уже по желанию «ба». Дрянь! Кто ей позволил решать, кем мне быть?!

Злоба. Яркая, искренняя, но при этом четко контролируемая поднялась из глубины души и позволила сжать правую руку в кулак. Маловато для полноценного противостояния чистокровному дракону, но для начала и это неплохо – кулак покрылся коркой пламенеющего льда, взметнулся вверх и что есть сил ударил эксцентричную прародительницу в солнечное сплетение.

– Тихо! – лишь на пару сантиметров отпрянув, женщина раздраженно и низко зарычала. – Глупая девчонка! Я помогаю тебе!

– Я… не нуждаюсь… – Слезы боли лились непроизвольно и, стекая по щекам, превращались в лед, как и кровь, сочившаяся из носа. – В такой помощи!

Вторая рука обрела подвижность и, став безобразной рептилоидной лапой с блекло-голубой чешуей и острейшими когтями, ринулась на помощь первой.

– Хватит, Вика! – Отскочив и с трудом увернувшись от когтей, драконица послала в меня ответный магический импульс, пришедшийся четко в лоб. – Неблагодарное создание! Я с ней по-хорошему, а она родную ба когтями!

– По-хорошему?! Это – «по-хорошему»?! – Импульс впитался в лоб, и меня скрючило от боли, так что продолжить я не смогла.

– Да, Виктория. Это – по-хорошему. – Шумно выдохнув и подойдя ближе, женщина скупыми движениями зафиксировала мои руки специальными креплениями, а затем, немного подумав, словно решая для себя очень важный вопрос, тихо пробормотала: – Так, значит, активация произошла через левую руку… да, пожалуй, сначала займемся ею.

А затем наступил ад. Голубой, полыхающий безумным ледяным огнем ад.

В следующий раз в себя я пришла на полу. Тело было таким измотанным, словно я бежала несколько суток без еды и отдыха. Ныла каждая клеточка – руки, ноги, туловище, даже ногти!

А больше всего болели лопатки и копчик.

Холодный пол приносил некоторое облегчение, но все равно было неуютно – я лежала на животе, но сил повернуться на бок или на спину не было. А еще где-то рядом была она… Ба.

Мысль дошла до уставшего от боли мозга, и я неосознанно глухо рыкнула.

– Так… а неплохо получилось. Калахем, оцени. Не совсем то, что я хотела, но намного лучше, чем было до этого.