И буду век ему верна?

Кто-то тряс меня за плечи и громко орал в самое ухо:

– Фенька, ты пьяная, что ли?

– Заметно? – ответила я и очень удивилась, услышав собственный голос.

– Что случилось? У тебя платье разорвано.

Я попыталась взглянуть на платье, но новая мысль вытеснила предыдущую, а вместе с тем и желание себя разглядывать.

– Ты кто? – спросила я.

– Черт, да ты в самом деле пьяная? Идем.

Меня весьма бесцеремонно подняли и потащили куда-то. Я решила, что моя многострадальная голова тряски не выдержит, но тряска, как ни странно, пошла ей на пользу. Я поднимаюсь по лестнице в своем подъезде, рядом парень, который живет в комнате Мин херца. Жаль, не помню его имени.

– Тебя как звать? – спросила я, когда мы ввалились в квартиру.

– Иди ты к черту, – ответил он.

– Ага, – сказала я. – Не помню дороги.

Я сделала шаг, меня мотнуло, пришлось опереться о стену. Яркий свет резал глаза. Жилец без имени хмуро меня разглядывал.

– Ну, я пошла, – собравшись с силами, я добралась до своей двери, парень меня поддерживал, оказавшись сердобольным, хотя, может, он просто боялся, что я его из квартиры выгоню. Я легла на диван, а он принялся осматривать мою голову.

– Где ты так приложилась? – спросил он. – У тебя на затылке здоровенная шишка.

– Катись отсюда, – посоветовала я и закрыла глаза, рассчитывая вновь отключиться. Однако не вышло. Мысли роились все назойливее, я их старательно отгоняла, разглядывая потолок. Мне удалось его неплохо изучить, прежде чем я окончательно пришла в себя. То есть теперь я доподлинно знала, что нахожусь в своей комнате, на затылке у меня шишка, которую я приобрела в доме Максима Юрьевича. Тут я и о нем вспомнила, точнее, о своем последнем видении: дядя лежит на полу, а возле его головы… Если быть точной, это было предпоследнее видение, последним был Стас. Вот тут мне стало по-настоящему плохо.

– У тебя разорвано платье, – вновь услышала я голос новоявленного соседа и вспомнила, что зовут его Славка. Хотя в данный момент это меньше всего меня интересовало. – Ты можешь объяснить, что случилось?

– Не могу, – ответила я, и это было чистой правдой, но он, конечно, не поверил.

– Тебя собаки охраняли, – продолжал он. – Два здоровенных пса. А если бы не они? Ты хоть понимаешь… сидит ночью во дворе в разорванном платье и лыка не вяжет. – Он наклонился ко мне, и совсем рядом я увидела его глаза. Испуганные. – Фенька, выпивкой от тебя не пахнет. Что произошло? Тебя кто-то ударил? Надо вызвать «Скорую» и милицию.

– Только попробуй, – пригрозила я. С трудом поднялась и побрела в ванную, Славка плелся за мной. Как была, в платье, точнее, в том, что от него осталось, я встала под душ, сунула голову под холодную воду. Максим Юрьевич пошел в кухню, а потом… потом я увидела его на полу в луже крови.