И буду век ему верна?

Но мне было не до того. А вот Озеров возгордиться был не прочь. Максим Юрьевич приосанился, с улыбкой поглядывая по сторонам.

Блондинка, сидевшая рядом со Стасом, что-то ему сказала, он повернулся. На мгновение наши взгляды встретились. Стены качнулись, но тут же вернулись на положенное им место. В общем, на ногах я устояла, хоть это было непросто. Стас с усмешкой наблюдал наше триумфальное шествие. Когда мы наконец приблизились, он поднялся из-за стола нам навстречу. Блондинка пребывала в легком замешательстве, переводя взгляд с меня на родителя, еще не решив, стоит улыбнуться или нет. Взглянула на Стаса и едва заметно нахмурилась.

– Добрый вечер, – бодрым голосом возвестил Максим Юрьевич, пожал руку Стаса и поцеловал дочь в макушку. – Что ж, давайте знакомиться. Моя дочь Анастасия, это ее жених Станислав Игоревич, а это… это Ефимия Константиновна, можно просто Фенечка, – закончил он весело, при этом вид у него был такой, словно нас в самом деле связывает нежная дружба, проверенная годами. То ли Максим Юрьевич в душе был артист, то ли всеобщее внимание так на него подействовало, но он и сам, похоже, поверил в то, что я его любовница.

– Очень приятно, – нерешительно произнесла Анастасия, приглядываясь ко мне, – должно быть, она вовсе не ожидала увидеть девицу вроде меня подружкой родителя.

– Мне тоже, – расплылась я в улыбке. – Максим Юрьевич так много о вас рассказывал…

Озеров между тем помог мне сесть и сам устроился за столом, смотрел гоголем и вроде бы даже помолодел лет на десять. Однако у дочери это особого энтузиазма не вызвало. Стас продолжал ухмыляться, наблюдая за нами, за столом я оказалась напротив него, он уперся взглядом в мою физиономию и заявил:

– Максим Юрьевич счастливый человек, ему можно позавидовать.

– Что вы имеете в виду? – удивилась я.

– Вашу красоту, естественно.

Настя нахмурилась еще больше и теперь смотрела на жениха с откровенным беспокойством.

– Что-нибудь заказали? – задал вопрос Максим Юрьевич; было такое впечатление, что жених здесь он. Дочь почувствовала себя явно неуютно, я улыбнулась ей максимально дружески, не очень рассчитывая на ответную дружбу.

– Мы вас ждали, – ответила Анастасия, и мы принялись изучать меню.

Не скажу, что я успокоилась, но стала соображать и наконец-то вспомнила, зачем я здесь. «Я должна предупредить Стаса», – глядя в меню, думала я. Должна? Выходит, ничему меня эти годы не научили? Врать самой себе бессмысленно. Он сидит напротив, и я могу думать только об этом, а еще боюсь, что его приезд сюда был ошибкой, раз кто-то им заинтересовался.

– Чего бы ты хотела, Фенечка? – заботливо осведомился Максим Юрьевич, положил руку на мою ладонь и, видимо по забывчивости, не убрал ее даже после того, как официант, приняв заказ, удалился с поклоном.