Вейн

— Не надо, — тихо сказала он. — С тобой все в порядке?

Он хмуро кивнул, но нож не убрал. Путница подхватила На руки ковыляющую по полу кьяру, усадила себе на плечо. Кхха огласила зал недовольным урчанием и попыталась клюнуть стоящего рядом Темного. Но быстро передумала, отвернулась, вцепилась в плечо Вейн. Ксандр обвел тяжелым взглядом присутствующих, и лесорубов как ветром сдуло, несмотря на глубокую ночь. Видимо, они сочли, что и туманный лес будет гостеприимнее этого Путевого дома.

— Отправимся на рассвете, — сообщил Ксандр не терпящим возражений тоном. — Вы можете остаться здесь. Утром я за вами приду.

— С каких это пор ты здесь командуешь? — со злостью осведомился Дир. И снова подкинул на ладони нож.

— С тех пор, как оставил вас в живых, — усмехнулся Ксандр.

Вейн устало вздохнула и пошла вверх по лестнице."

"— Если вы тут собираетесь остроумием меряться, я пока посплю. До завтра.

Мужчины проводили ее взглядами, и Путница понадеялась, что до рассвета никто никого не убьет. Кхха заурчала довольной кошкой, свесилась с ее плеча, прикрыв глаза желтой пленкой, и Вейн придержала птицу рукой, чтобы не упала.

Удивительно, но теперь, когда Ксандр узнал про Алекса, в душе Путницы страха стало меньше.

* * *Спала Вейн тревожно, чутко, без сновидений. И вскочила еще до того, как горизонт окрасился красным. Ночью к ней стучал Дир, но Путница не открыла, не пожелав выяснять отношения. Она все сказала ему еще тогда, три года назад…

Три года назад

…Они повстречались снова через год ее работы на Смотрящих. Белый дворец Ниаранта стал ее домом и в тоже время клеткой. Там жил ее мальчик, и Путница всегда возвращалась туда, ненавидя это прекрасное здание и его обитателей. Поначалу она еще пыталась сбежать, украсть сына, скрыться, но быстро убедилась, что это невозможно. Ее всегда находили. И наказывали, запрещая видеться с Алексом.

Путница поняла, что придется играть по правилам. Стать самой лучшей, чтобы однажды победить… Но куда ей против силы Перерожденных… Их было девятнадцать, самых сильных, самых страшных — тех, кого называли Мастерами. Тех, кого она видела в своих снах… Без голов. С каким удовольствием Путница отточила бы свои навыки Охотницы на каждом из этих людей. Их черные души и бесконечные пороки вызывали у эри приступы омерзения и брезгливости.

Пожалуй, только Жало, который обучал ее, не был насквозь прогнившим от вседозволенности Перерожденным. Его Вейн уважала за знания, за мастерство, за мудрость наставника.

И за то, что он ограждал Путницу от назойливого внимания некоторых смотрящих.

Почему он это делал, Вейн не знала, но старик был слишком силен и его побаивались. К тому же, в Ниаранте полно тех, кто удовлетворял извращенные вкусы Темных по первому зову. Так что Охотницу почти оставили в покое.