Вейн

Знаешь, это очень удобно, когда харис знает твои предпочтения в любви, все твои тайные желания. Возможно, постыдные, те, которые ты скрываешь даже от самой себя… — он стоял за ее спиной, голос становился все глуше, обволакивал. — Так чего ты хочешь, Кьяра? Расскажи мне свои грязные тайны, маленькая эри… Ты любишь кровь? Или боль? Получать или дарить? Я дам тебе и то и другое…

Его голос манил, обещал, завораживал. Вейн не заметила, как он склонился к ее шее, отодвинул волосы, сделал глоток ее Света. Прикусил ей кожу, зализал, словно кот, пробующий птичку на вкус.

— О-о-о… Чувствую, нам будет хорошо с тобой… Мне будет хорошо…

И правда, хорошо. Сладко. Не больно. И совсем не так, как от поцелуев Ксандра… Равнодушно.

Вейн прикрыла глаза. Раз. Два. Три. И резко сдернув перчатку с левой руки, развернулась и сдула в лицо Темного порошок. Он дернулся и упал. Девушка осторожно склонилась над ним и прислушалась: дыхания совсем не слышно. Она неуверенно дотронулась до шеи Темного, там, где у людей бьется ток крови, и ничего не почувствовала. О виры! Неужели она его убила?

Девушка быстро осмотрелась и разочарованно простонала. В комнате не было окон, ни единого. Как же она впустит Охотника? Неужели он не знал, что в доме Арта Лучезарного второй этаж без окон? Или знал, но намеренно послал Вейн на невыполнимое задание? Но зачем?

На шее, в месте укуса, стало мокро. Вейн провела Рукой и скривилась. Вроде боли не почувствовала, а вся шея в крови.

Она осторожно выглянула в коридор. Яркие пятна картин и обстановки раздражали еще сильнее. Подошла к лестнице, раздумывая. Бледной тенью из-за угла показалась девушка с мертвыми глазами. Вейн посмотрела на нее внимательно. Молодая, красивая, темноволосая. Пустые глаза светло-зеленого цвета. Губы накрашены темным кармином… О виры! Да она же почти копия самой Вейн! Неужели лич тоже когда-то была эри? До того, как ее выпили досуха… Так вот почему Дир помог ей. Он знал вкусовые пристрастия Арта и просто решил с помощью Вейн свести какие-то свои счеты. И ведь правильно рассудил, что Темный польстится на темноволосую и зеленоглазую красотку.

Вот Тьма! Во что она ввязалась? Надо убираться отсюда.

— Эй, — тихонько позвала она нежить, — как отсюда выйти? Ты меня понимаешь?

Лич безучастно смотрела на Вейн, без всякого любопытства. Тьма! Как же ею управлять? Вейн щелкнула пальцами.

— Тут есть второй выход?

Лич продолжала молчать, и Вейн досадливо поморщилась. Толку от нее, как от бездушной куклы! Она осторожно свесилась через перила лестницы, посмотрела вниз. Мужчины, что открывал дверь, не видно. Знать бы еще, сколько в доме Темных! Как и в мире людей, у Перерожденных были слуги и стражи. Разумеется, у тех, кто мог себе это позволить.