Веер

Заводчица говорила, что такую собаку стоит выставлять, но…

– Вижу, ты хорошо учишься, – сказал я. – Раз не отобрали.

Девочка звонко засмеялась.

– Конечно, на одни пятерки. Только это папа шутил! Вы не думайте, что он всерьез! Он Кешью никогда никому не отдаст!

Я затянулся посильнее и закашлялся. Блин. Что же происходит? Кешью не только мне не принадлежит! Он и у Натальи Ивановой никогда не был! Крепко выпивающий и грубоватый Петр Алексеевич подарил собаку своей дочке. И – что-то изменилось в их семье. Задерганная тихая троечница весело смеется, учится на отлично и когда говорит об отце – в голосе неподдельная любовь.

– Ах ты хулиган, – прошептал я, садясь на колени и позволяя Кешью лизнуть себя в нос. – Значит, не помнишь? Но тебе хорошо? Точно? И от тебя им стало лучше?

Кешью облизал мне лицо. Ему было хорошо. Он любил свою маленькую хозяйку и был абсолютно уверен, что большинство людей тоже достойны любви.

– Хорошая у тебя собака, – сказал я. – Ты ее береги. Я вот… потерял такую.

Лицо девочки тут же отразило весь ужас ситуации. Она кивнула. Сказала:

– У нас алиментный щенок скоро будет. Вы если хотите, приходите. Только они дорогие, извините.

– Подумаю, – пообещал я. – Я вообще-то тут знакомую ищу. Наталья Иванова зовут. Не знаешь такой?

Девочка подумала и покачала головой.

– Помню только, что в этом районе живет, – продолжал я. – И что на шестом этаже. Провожал однажды…

– Мы на шестом живем, – оживилась девочка. – Только у нас нет Натальи. У нас три квартиры на площадке. В одной живет тетя Галина… – Девочка понизила голос и повторила чужие слова: – Змеюка редкостная. В другой – мы с Кешью, папой и мамой. Между нами в однушке вообще никто не живет. Хозяевам, наверное, жилплощадь не нужна! Хоть бы сдавали, верно? Заработать можно хорошо. А то ни себе, ни людям! Папа говорит, надо посмотреть законы, может, можно эту квартиру отобрать. За неиспользование.

– Это вряд ли, – задумчиво сказал я. – Насчет щенка я подумаю, спасибо большое.

На прощание я снова погладил Кешью по загривку. И ушел не оборачиваясь.

Коте я позвонил, подходя к метро.

– Да? – очень подозрительно спросил Котя.

– Ага, – согласился я. – Именно. Это я.

Раздался тяжелый вздох.

– Котя, кончай дурить, – сказал я. – Мне посоветоваться надо.

– А мне – работать! – гордо ответил Котя.

– Что, на летний отдых зарабатываешь? – коварно спросил я.

– Дай догадаюсь, как именно… «Когда-то я была веселой и общительной девочкой, а потом – увидела ее по телевизору…»

– «Раньше я была простым питерским пареньком по имени Лёха, – сказала Мэри с улыбкой. – Погаси сигарету, курение вредит здоровью!»

– У тебя появился социально позитивный подтекст! – удивился я.

– Это для газеты «Здравы будем», – виновато сказал Котя.