Веер

Посмотрел на Останкинскую башню, подсвеченную прожекторами в Аркане – совсем как у нас. Постоял у окна в Заповедник, подышал свежим морским воздухом. Надо открывать на ночь именно это окно.

Политик перезвонил даже быстрее, чем я думал.

– Машина у дверей, – сказал он. – Водитель покажет вам мою визитку.

Игры в подпольщиков продолжались. Бедные работники ГБ, не посвященные в тайны функционалов. Будут докапываться, с кем говорил Дима, куда посылал машину. И ничего не смогут выяснить…

Я спустился и вышел из башни. С серьезным лицом проверил визитку, которую мне показал водитель. С легкой завистью посмотрел на компанию молодежи, весело, не обращая внимания на холод и дождь, шедшую куда-то по улице. Пусть даже они сейчас станут пить кислое пиво в дешевом кафе – все равно им веселее, чем мне. Они не знают, что наш мир – всего лишь испытательный полигон.

Куда приятнее играть в шпионов, чем в подпольщиков. Шпион работает в чужой стране, подпольщик в своей, но оккупированной.

Впрочем, у меня не было вариантов.

Для встречи политик выбрал ресторан с кухней несуществующей страны – Тибета. Впрочем, владельцы ресторана явно не были согласны с мнением китайского правителя – в интерьере присутствовали тибетские флаги и прочие атрибуты государственности. Я невольно подумал, что в этом есть некий символический смысл.

Охранник провел меня в маленький кабинет и вышел, плотно притворив двери. Дима уже сидел за столиком.

– Садитесь. – Улыбка у него была напряженной, но дружелюбной. – Угощайтесь. Тут замечательная тибетская кухня. Рекомендую тигровые креветки в кляре. Очень своеобразное вино.

– Тигровые креветки? – Несколько секунд я вспоминал учебник географии. – Оригинально. И виноград тоже на Тибете растят?

– Не бывал. Но это смесь виноградного вина и саке. Так что если и растет, то его мало. Кушайте, Кирилл.

Я не стал спорить. Мне хотелось не столько еды, сколько общения, но креветки оказались вкусными – пожалуй, даже Феликс бы их одобрил, а вино… ну, по меньшей мере – оригинальным. Политик тоже принялся за еду, ухитряясь одновременно рассказывать о сегодняшнем заседании Думы, где его фракция боролась против принятия антинародного закона, но так и не смогла его заблокировать. С каким-то непривычным цинизмом и усталостью я подумал, что находящаяся в меньшинстве фракция и впрямь может себе позволить бороться против антинародных законов. В общем-то все фракции, которые в меньшинстве, этим пробавляются. Но стоит им прийти к власти – и что-то меняется…

– Я открыл дверь в Аркан, – беря креветку за оставленный свободным от кляра хвостик, сказал я. – А тут и впрямь вкусно! Так вот дверь я открыл. Скажите, кто вам наврал, что Аркан опережает наш мир на тридцать пять лет?

– Не тридцать пять.