Веер

Где создали огромные паровые машины и построили сети железных дорог вместо автострад. Где в океанах водятся чудовища, а земной шар еще не исследован до конца… к примеру, Австралия почти не заселена. Тут просто жить, Кирилл. Уютно. Многие тут любят проводить отпуск.

– Политики. Там ведь и подурачиться можно. Поинтриговать. Он же лоскутный, этот мир. Города-государства, конфедерации из независимых княжеств и свободных территорий. Тут идут игрушечные войны – пятьсот человек против семисот, к примеру. С четкими правилами ведения войны. Даже злодеи все как один опереточные… Многие наши покупают себе домик в каком-нибудь городе, представляются путешественниками… и проводят там все отпуска. Народу говорят, что едут на Канары, а сами – сюда, на Землю-три.

– Ну да. Ты же не думаешь, что весь мир называется как один город? Кимгим популярен, но не более того… Твои вторые двери выходят на Землю-семнадцать. Там нет людей. Вначале думали, что это двери в далекое прошлое, но там совершенно обычные растения и животные. Все точь-в-точь как на Земле. Только нет людей. Популярное местечко для отдыха… Как полезут туристы, ты их начинай гонять, чтобы не устраивали шашлыки у самой башни. А то быстро все засрут!

– Как мне их гонять? Там же наверняка сплошь политики и олигархи. Да? И всякие деятели культуры.

Дима с иронией посмотрел на меня:

– Кирилл, очнись. Что тебе политики и олигархи? Подходишь, строго сдвигаешь брови, грозишь пальчиком – и безобразия прекращаются. Ты контролируешь переход между мирами в удобной точке Москвы. Это повнушительнее сотни нефтяных вышек, поверь…

– И все-таки я не понимаю, почему открылись именно эти двери.

– Открываются двери в те миры, куда ты хочешь попасть. Почему я и думаю, что у тебя может получиться: обычно Земля-три и Земля-семнадцать привлекательны для разных людей. Ты, похоже, достаточно разносторонний, раз открыл туда двери. Может, и с Арканом получится?

– Какой у него номер? – зачем-то спросил я.

– Это эпизодически открытый мир. Они не нумеруются. Просто Аркан. – Политик подошел к лестнице, задумчиво посмотрел на меня. – Пора мне. А ты попробуй, Кирилл. Я в тебя верю. Еще неделю-другую ты можешь помочь своей стране.

– Потом тебе станет на нее наплевать. – Дима огорченно развел руками. – Я потому и спешил с тобой поговорить. У тебя еще две двери, Кирилл. Два мира. Не прогадай, прошу тебя.

Он начал спускаться. Я – следом. Проводил политика и убедился, что либо его и впрямь никто не сопровождал, либо охрана ждала в отдалении от башни. Подняв воротник куртки и ссутулившись, будто сыщик в классическом детективе, Дима двинулся прочь.

– Национальную идею, – с легким восхищением сказал я, закрывая дверь. – Ну да! Лихо!

Конечно, в просьбе политика что-то было.