Следствие ведут знатоки

Говорят, из Австрии.

— Так… — Томин оценил новость. — Они встречались?

— Этого не знаю. Знаю, что он в гостинице «Советская» и что босс из-за него нервничает. Все. Бегу.

Официант, собравшийся было обслужить посетительницу, вяло останавливается на полдороге. Томин ставит липкий стакан и берется за мобильник. Нынче многое можно сделать, не бегая ногами.

Дальнейшие сведения о приезжем он уже сам излагает Знаменскому:

— Некто Янов Максим Алексеевич. Прибыл из Вены, — нажимает Томин голосом.

— Дублер Нуриева? — предполагает Пал Палыч."

"— Думаю, да. Я так и ждал, что Мокрый Ландышева не оставит. И он поторопился нам помочь.

— Погоди, Саша, погоди.

— Да уж очень все одно к одному!

— Бывает и одно к другому, — проявляет Знаменский некоторый скепсис.

— Паша, я что получил, то в клювике и принес. Будем его прокачивать. Но надо за Яновым приглядеть.

— Спору нет, — соглашается Знаменский. — Поручу хорошим людям.

— Отель «Советский», номер двести восемь, — сообщает Томин и делает движение уйти: пора заскочить в «ихнее бюро».

— Постой, Саша. Я хочу вызвать Ландышева, поприжать его на допросе, помотать нервы. Есть предлог на него посмотреть.

— Какой? — удивляется Томин.

Пал Палыч кладет руку на стопку папок, старается изложить покороче, раз другу некогда.

— Да крутится одно подозрение… по другому поводу. Я забрал в свое производство десяток дел по грабежам на дорогах. Нередки нападения на машины с ценными грузами.

— Ну и что?

— На машины, застрахованные Ландышевым, нападений нет.

— M-м… — начинает догадываться Томин. — Тогда стоит потолковать и с его клиентами. Только, знаешь, сначала взгляну-ка я на него живьем.

Все работают — Прекрасная Татьяна гуляет по зоопарку. Ну, не совсем гуляет, в принципе она при деле, даже можно сказать, она тут по службе: Пал Палыч просил покопать насчет усыпляющих ампул. А раз попросил Пал Палыч, то она расстарается. К Пал Палычу она питает слабость, но пока тайную.

Пал Палыч волновал ее воображение задолго до того, как они впервые увиделись. Ей повезло разговорить Кибрит, и та порассказала немало впечатляющего и… заразила Татьяну собственной влюбленностью в друзей.

И все же Татьяне трудно было поверить в Знаменского. В Томина проще — остряк, актер, прирожденный опер, гений сыска; сам в тридцать три узла завяжется и окружающих завяжет, но добьется успеха. Что ж, бывают самородки.

Но Пал Палыч… Абсолютная неподкупность? Редкостная доброта? Проницательный ум? Психологическая грамотность? Умение строить сложные безошибочные допросы, и притом отказ от любых обманов? Рыцарь без страха и упрека? И неженат? Такие встречаются на свете?

Китаева еще не приняла окончательного решения по теме «Пал Палыч». Вопрос находится в стадии пристального рассмотрения.