Следствие ведут знатоки

— Мы с вами дивно беседуем «просто так», Игорь Сергеевич. Если вы еще поможете мне сервировать стол…

Ел Власов машинально, с холостяцкой неопрятностью: скорее от нервов, чем от голода. Некоторое время продолжалось «просто так», затем прорезался смысл:

— Я вот насчет вчерашней очной ставки…

— Да?..

— Впечатление, будто меня в чем-то надули.

— Хм…

«Сообразил что-то. Любопытно, насколько».

— Не понимаю, зачем понадобилась сия процедура? Ведь Платонов и так готов вам душу выложить!

Пал Палыч долил в стакан из термоса. Хитрить не было смысла.

— Да, я вас слегка надул. И не извиняюсь, потому что для вашей же пользы.

— А в чем вы видите мою пользу?

— Вы мучились сомнениями, тяготились ответственностью. Я облегчил задачу, предложив только подтвердить показания арестованного.

— И поздравили себя с удачей! — колко вставил Власов. Пал Палыч пропустил мимо ушей.

— А кроме того, невредно было посмотреть на Платонова поближе. Как вам этот кладбищенский деятель?

Власов молча отвернулся. Пал Палыч решил тоже помолчать. Пускай собеседник потрудится все же ответить.

После минутной паузы Власова выручил телефонный звонок. Трещал городской аппарат, и Пал Палыч, как всегда в таких случаях, отозвался официально:"

"— Старший следователь Знаменский слушает… Предисловия не нужны, здравствуйте, Шептунов… Естественно, узнал… Да никакого фокуса, память срабатывает автоматически… Ну что — что пять лет назад? Голос у вас тот же… А вы прикиньте, сколько я его наслушался, пока вы плели завиральные истории!.. Ну ладно, ладно… Значит, свобода. Поздравляю. И что будем делать дальше?.. Вот чего не советую! Зайдите-ка, потолкуем всерьез… Сейчас скажу… — Он полистал настольный календарь. — Давайте послезавтра в три сорок пять.

«Шептунов. Отрадно, что не пропал. Хоть кто-то когда-то не пропадает! Вообще день удачный — если б не Власов».

— Еще чаю?

— Нет, спасибо… С вами разговаривал преступник?

— Бывший преступник.

— Что он сделал?

— Много чего наворотил.

— И вы с ним так вот…

— Что вас удивляет?

— Тон.

— Пять лет назад тон был другой. Но и человек был другой. Я с ним бился несколько месяцев.

— И перевоспитали?

Знаменский разозлился, но смыл злые слова с языка остатками чая.

— Вы меня все подковыриваете, приписываете хвастливость и прочее. Ну какая мне корысть перед вами чваниться?.. Что до перевоспитания, то педагогическая польза от следствия чаще всего гомеопатическая. Корень в самом человеке. Хочет или не хочет вырваться из уголовной тины. Шептунов захотел. Всё.

— И он к вам придет советоваться. Почему?! Почему тот же Платонов держится так, словно вы ему — друг, а я — враг?

— Преувеличиваете. Просто мы с ним — каждый на своем месте.