Следствие ведут знатоки

Только в крайнем случае придется умыкнуть парня, снова положась на свою счастливую звезду. Если вдруг не удастся запугать насмерть эту строптивую дуреху… к сожалению, не совсем дуреху.

Он встал:

— Семь минут одна секунда. Резюме — другого способа нет. И не надо рыдать. Вы отлично вывернетесь. Заставите молчать Сережиных родителей. И сами будете молчать.

— Погодите! Другой способ есть! — Зиночка принялась лихорадочно рыться в портфеле.

Шантажист подошел ближе, настороженно следя, как она достает папку с грифом «Секретно», как трагическим жестом протягивает ему. Он придирчиво изучил гриф и стал просматривать подшитые документы. Кибрит поясняла:

— Вот — акты экспертиз, вот — вещественные доказательства. Выносить это с Петровки категорически запрещено. Должностное преступление.

— Зачем же вы притащили на квартиру?

— Пробегала вчера по магазинам, туфли искала… думала вечером поработать. Тут, видите, не дописано… тут надо вычертить схему… Рискнула унести…

— Нашли? Туфли.

— Да. Чешские лодочки.

(Лодочки купила в обед одна из сотрудниц отдела и уступила Зиночке, убедившись, что ей самой они жмут.)

— Покажите.

Кибрит показала. И, словно бы не удержавшись, примерила: на дне коробки лежал товарный чек. Шантажист клюнул на приманку. Чек был помечен вчерашним числом. Должностное преступление ради чешских лодочек — как по-бабски достоверно!

Он снова обратился к папке.

— А если пропадет?

Зиночка оперлась о стол, подрагивающей рукой оттянула ворот свитера:

— Решетка…

Дрожь в руках имитировать нельзя, они и впрямь тряслись, и ворот душил, потому что в папке заключалась главная опора конструкции.

— Ладно, — решился шантажист. — Беру как задаток. Но имейте в виду, этой папочкой вы племянника не прикроете. И если что… — он сунул папку под пиджак.

«Слава Богу! Сделка состоялась».

— Только, умоляю, чего-нибудь не потеряйте!

— Не имею обыкновения. Приятно было познакомиться. И дружеский совет на прощанье: не вздумайте сообщить обо мне коллегам.

— Что я, сама себе враг? Но… вы обещаете вернуть документы, как только…

— А зачем портить вам жизнь?

— Не мне одной. И себе, — выпустила коготки Зиночка. — Возбудят следствие. Чтобы сколько-то оправдаться, я расскажу все. Опишу вашу внешность, приметы: рост 180, вес 81–82, след от пулевого ранения на правой ноге.

Шантажист впился в нее вопросительным взглядом.

— Вы высоковато поддергиваете брючину, а я, знаете ли, не лишена наблю…

— Ясно, — оборвал он и спросил уже от двери: — Когда будет готова экспертиза?

— Через два-три дня. Раньше никак. Сама бы рада!

— Я позвоню.

Ушел. Зиночка обессиленно привалилась к стене в передней и так стояла, пока не услыхала на лестнице топот Рикки и Сережи.