Лесная ведунья 3

Моргнула я удивленно, потянулась к лесу, ощущая пространство окружающее и да — обе тут были! Притаились главное! Одна метлой прикидывалась, вторая веником!

Веник и метла шустро проследовали к выходу, делая вид, что их тут вообще никогда не было.

Но сердиться по-настоящему не вышло, трудно вообще гневаться, когда на тебя с такой любовью и нежностью взирают, пусть даже глазами змеиными. А когда дверь за любительницами подглядывать захлопнулась, Агнехран вдруг взял да и спросил:

— Веся, ни как аспид, ни как архимаг я тебе не люб, я же вижу это. Как аспид слишком чужероден, как магу ты мне никогда доверять не станешь, я тебя уже знаю. Но ведь любишь, это очевидно. Так за что?

Вздохнула я тяжело, да и призналась как есть:

Помолчала, на лицо его в сумраке теряющееся глядя, и спросила осторожно:

Повел плечом, взгляд серьезным стал, да и явно смолчать хотел, но внезапно решил, что честность, она самое верное решение. Вот и честно сказал:

— Я боюсь, что могу потерять тебя, и даже не понять и не узнать по какой причине. Боюсь, что ты молча уйдешь, не дав возможность ни оправдаться, ни осмыслить в чем был не прав. Боюсь, что исчезнешь из моей жизни и в лес свой не впустишь. Боюсь проснуться однажды с чудовищным чувством потери.

По многим причинам промолчала. И потому, что не ожидала слов таких. И от того, что Агнехран понял меня, понял как поступлю, если… Если что?

«Валкирин, ты сможешь. Давай быстрее, Валкирин» — словно молнией сверкнули в памяти слова страшные.

— Я тоже боюсь, — прошептала, взгляд опустив. — Мне есть, чего бояться.

— И чего же? — мгновенно спросил Агнехран.

И казалось бы только вопрос, но задал он его проникновенно так, вкрадчиво, чуть напряженно, и голос немного дрогнул. Потому что важным для него вопрос был, видать очень важным, почти жизненно важным, а я это только сейчас поняла.

Посмотрела в глаза его, вздохнула тяжело, да и сказала:

— Я скажу, когда время придет. И оправдаться возможность дам, и выслушаю. Клянусь тебе в том. Так пойдет?

Помрачнел он, и произнес с горечью:

— Не «если», а «когда»?

Улыбнулась с горечью не меньшей, и произнесла для себя страшное:

— Ты — маг. Рано или поздно… Так что «когда», а не «если».

Отвернулся, в окно посмотрел, вздохнул.

— Не маг, — произнес помедлив,- и не аспид…

Еще помолчал, да и сказал вдруг:

— Никогда себя не чувствовал своим ни среди первых, ни среди вторых. А вот когда охранябом стал, когда за тобой, бедовой, присматривать пришлось, тогда знаешь, я понял, что я это я, вот такой.

Улыбнулась я, и не стала говорить, что и мне он вот такой нравился — человечный, простой, ни маг-архимаг, а мужчина, что и руками по дому все делать умеет, и суп мясной сварит, и поможет, и поддержит, и предостережет.