Ведун. Книги 1-18

Его очертания снова поплыли, как воск под лучами солнца. Верхняя часть провалилась, оставив пустоту, стенки покрылись рельефным узором. И снова Олег не уловил момента, когда трансформация закончилась.

Мара держала перед ним небольшую серебряную чашу на короткой ножке. А внутри, вспыхивая рубиновыми искрами, плескалась тягучая жидкость.

— Попробуй, ведун. Только пригуби.

В бездонной глубине глаз богини вспыхивали такие же искры. Стены закружились вокруг Олега, и он с тихим ужасом понял, что не может отвести взгляд.

— Ты будешь лучшим воином в дружине Велеса, — рассмеялась Мара и поднесла к губам Олега чашу.

— Зачем торопишься, госпожа?

Тихий голос волхва разорвал цепи наваждения. Олег встряхнулся, как пес, и проворно отскочил от Ледяной Богини.

Но Мара, похоже, не очень расстроилась и улыбнулась волхву, как старому знакомому.

— Опять ты мне мешаешь, Велислав. Ох, берегись, когда-нибудь и ты пригубишь мой напиток, — кокетливо подмигнула она волхву. — Но я не тороплюсь. Подожду. Я умею ждать… И всегда получаю желанное.

— Дай мне испить полную чашу, — вышла из-за спины волхва Кира. — Я давно искала встречи с тобой, Темная Божиня.

Но Мара покачала головой и обернулась к Олегу.

— Не бойся, ведун, сегодня минует тебя моя чаша. Горькое в ней питье. Отчаяние вдов и несбывшиеся мечты невест смешались со слезами матерей.

Чаша снова потеряла очертании, потекла с руки Мары белесым мороком и растаяла.

Олег вдруг с невероятной ясностью ощутил одуряющее отчаяние, пустоту, которую не в силах заполнить ПРОСТО и ничто. Но он знал, что это не его чувства. Рядом стоял кто-то, кто не понаслышке ведал, что такое потеря любимого. Он медленно обернулся. Кира напряглась, как хищник перед прыжком, и сжала в побелевших пальцах большой обоюдоострый кинжал с широким клинком. Мара посмотрела на девушку и усмехнулась.

Глаза женщин на миг встретились.

— Вижу, кровоточит еще твоя рана. Не забыла своего Сирия? — В голосе Мары Олег ясно различил сострадание. А он, признаться, думал, что Ледяная Богиня не знает обычных чувств.

— Болит сердечко, Темная Божиня, слезами кровавыми плачет, тоской лютой исходит. Зачем тогда обошла меня, а его забрала? Позволь мне пригубить питье из чаши. О милости прошу, Божиня! — Голос девушки сорвался на крик, взмыл к потолку, разбился о стены и, разлетевшись множеством отголосков, обрушился звонким эхом на притихших людей: — Прошу, Божиня… милости… прошу!..

Олег смотрел на искаженное отчаянием лицо Киры и гадал: что же произошло с ней в прошлом? Какая тайна скрывалась за показным хладнокровием?

— Я приду к тебе. Непременно, приду. Но позже, не сейчас. Забери ее, Велислав, избавь меня от соблазна, а ее — от тихого мира.

Волхв кивнул, осторожно обнял девушку и повел из залы.