Ведун. Книги 1-18

Настоящего, чистого, намоленного бога он боится, как огня. И символов, богом освященных, тоже.

— Ну, что я сказывал, сосед? — гордо спросил хозяин дома.

— Дело у меня к тебе есть, ведун… — Гость снова снял шапку и уложил ее себе на колени. — Хочу тебя в охранники взять. Заплачу честь по чести, скупиться не стану. Слуги у меня храбрые, да токмо супротив нечисти меча да храбрости мало. Тут не только клинок — тут слово вещее требуется. Ходил я к волхвам в святилище наше, да нет с них толку. Старые уже все, в седло не поднять. Прямо не знаю, что и станет, как помрут старики-то… — Глеб Микитич укоризненно покачал головой. — Не знаю… Волхвы наши обереги мне наговорить обещались, токмо будет ли польза от них в чужом лесу? А ну, как неверное чего твориться станет — что тогда? Нет, с собой мне колдун хороший нужен, дабы на месте твари черной мог бой дать.

— Я не колдун, — уже в который раз покачал головой Олег. — Я не творю, я просто ведаю про тайное знание.

— Две гривны дам, — пообещал толстяк.

— Пять, — потребовал Любовод. — Две он с меня получил.

— Четыре.

— Пять. Ты же его не просто посевы от мокрухи заговаривать зовешь, ты его смерти в глаза заглянуть подталкиваешь.

— Четыре, и коня со всей упряжью, на котором в Белоозеро поедет, — уступил немного Глеб Микитич. — По рукам?

— По рукам, — не стал тянуть волынку Олег. Почему бы и не сопроводить путников в небольшой прогулке? Все равно определенной цели для похода у него пока еще нет. Придется довериться судьбе и катиться по воле случая.

— Клянешься ли ты довести в целости до Белоозера меня и мой товар? — произнес уже знакомую формулу договора толстяк.

— Клянусь, — кивнул Середин.

— А я клянусь передать тебе на торговой площади Белоозера четыре полные гривны серебра и коня со всей упряжью, на котором ты приедешь туда, — кивнул Глеб Микитич. — Как тебя зовут, воин?

— Олегом кличут, — ответил Середин. — А чаще просто ведуном. Можно и так, и так. Я не в обиде.

— Выезжаем завтра на рассвете, ведун, — согласно кивнул толстяк. — Доспех твой, припасы мои. Жди у нас у лесных ворот. Вот… — Гость поднялся. — Ну, благодарю тебя за помощь, соседушка, и да пребудет с тобою милость богов. Стану молить Сварога, дабы позволил мне ответить тебе тем же, и не единожды.

— Какие счеты между соседями, — развел руками хозяин дома. — Всегда рады.

— В пути пить нельзя, — сказал Любовод, когда они снова остались одни. — А дома — можно. Давай выпьем за то, чтобы боги свели нас в Белоозере еще раз и дали нам на двоих один и долгий путь!

— Наливай, — кивнул Середин. — Все едино, на сегодня у меня никаких планов нет.

Василиск"

"Когда Олег вышел из ворот города, Глеб Микитич уже ждал его, восседая на лениво прядающем ушами чалом скакуне.