Ведун. Книги 1-18

Суздальские дружинники спешились перед детинцем, половина осталась снаружи, другая, уже без коней, втянулась внутрь, распределившись вдоль стен и рядом с дружиной местного боярина. Следом за ними внутрь в тянулась изрядная толпа горожан, тоже прижавшихся к стенам, но уже возле ворот. Олег пристроился между местными и пришедшими воинами, вольготно остановившись почти в трехметровом интервале между ними.

Волхв, князь и Верея с Лесавичем выступили вперед, в самый центр утоптанного двора. Минут десять все молчали, дожидаясь, пока успокоятся собравшиеся люди, потом Аргамирон вскинул руку:

— Я всегда любил тебя, боярин Руслан. Ты вырос на моих глазах, ты обучен мною грамоте и заветам предков, я поддержал тебя, когда ты занял место отца после его безвременной кончины. Ответь мне, ако отцу кровному: мешался ли ты с силами черными, с колдунами иноземными, Чернобоговьши? Творил ли обряды запретные, вел ли речи с нежитью земной, али духами мерчвыми?

— Нет, я никогда этого не делал, волхв! — гордо ответил боярин и широко расставил ноги, закинув руки за спину.

— Однако же дошло до меня, Руслан, — вкрадчиво заговорил князь, — что приезжал сюда колдун из дальних стран. Что речи он вел сладкие, обещал многое, просил малое… О чем сговорился ты с тем колдуном, боярин?

— Я не знаю, о чем ты молвишь, княже, — поджав губу, отрицательно покачал головой боярин.

— Как же так?! — На лице Вереи выразилось неподдельное изумление. — Ты лжешь!

Она выступила вперед, тыкнула пальцем в землю:

— Здесь, на этом самом месте об уделе сговаривались! На купеческой ладье с двумя вьюками он приплыл. В халате, мелкими ворсинками покрытом. Полосатый халат, сверху вниз полоски…

— Первый раз слышу.

— Как в первый раз? Он же тебе власть над всем миром предлагал, а ты, как кот, облизывался!

— Ты мстишь за то, что жениться я на тебе отказался, колдунья, — презрительно скривив рот, покачал головой боярин. — Потому и лжешь. Нет и не может быть тебе веры.

— Ты отказался?! — вспыхнула Верея. — Это я от тебя сбежала, урод…

— Пустите, пустите! — с криками протолкалась вперед какая-то женщина в накинутом поверх легкого домашнего сарафана тулупе. — Пустите, я знаю!

Она вышла на открытое пространство, и Середин с удивлением узнал Заряну. Девушка закрутилась, оглядывая присутствующих, пока не обнаружила Олега, и, резко остановившись, подняла руку с вытянутым пальцем:

— Вот он! Это он, оборотень. Сама видела, как перекидывался! Волкодлак он, нежить черная!

Ратники с двух сторон сомкнулись, и ведун даже пикнуть не успел, как в него вцепились десятки рук, выволокли вперед, поставили перед Гордеем."

"— О-о, знакомец старый, — обрадовался волхв, прищурившись на Середина. — Колдун болгарский! От как свидеться пришлось.