Ведун. Книги 1-18

– Такая порча вожжами с первого раза снимается, – смачно просветил его Седоглас. – Но вот мужики жен беглых тебе точно не забудут!

– Я же ни одной даже не коснулся!

– Ладно, сидите, – хмуро потер нос волхв.  – Авось, отболтаю. И носу отсюда не высовывайте!

– Он у меня умница, он смердов охмурит, – знахарка вернулась в горницу, облегченно вздохнула и потянулась к мешкам племянницы: – Ну, чего вы там понакупали?

– Да нет там ничего толком, – махнул рукой Олег.  – Немножко сластей, немного тряпок, немного денег.

– Целый день ходили, и ничего не… – знахарка подняла голову и всплеснула руками: – Племяшка, какая же ты красивая! О, боги! Эта шуба, верно, рублей пять стоит!

Середин приподнял мешок, тут же уронил его обратно на пол. Тяжело звякнуло серебро.

– Пять рублей – это пустяк. Я обещал Снежане приданое – оно ваше. Теперь мне хорошо бы унести отсюда ноги. Туда, где нет ни одной женщины. Никогда не думал, что Полель может быть столь опасен.

– В этом мире женщины есть везде! – злорадно ухмыльнулась знахарка.  – Разве токмо ты уйдешь в лес за великие болота, выроешь берлогу и никогда из нее не вылезешь. Но коли женишься на моей племяннице, я сделаю для тебя такой сильный амулет, что все бабы на версту вокруг будут разбегаться от тебя прочь. Ради Снежаны я уж постараюсь, можешь не сомневаться!

– Ничего. Я знаю место, где сила Полеля не так уж и велика, – сказал Олег.  – И знаю женщину, шутить с которой он не рискнет.

– Синий атлас! Светится, что серебро! – женщина, которая во время разговора не переставала разбирать мешки, достала отрез ткани.

– Это я себе сарафан сшить хотела, теть Зорь! – торопливо подскочила девушка.  – Чтобы сапогам и шубе в один цвет совпадало. А тебе зеленый и малиновый купила, и шелк, и полотно. Мы сможем перешить себе всю одежду!

– Да… – стала доставать ткани женщина.

– И еще я купила ленты, тетя Зоря. Я ведь могу теперь вплести ленту в косу? Я теперь на выданье?

– Полагаю, деточка… – Женщина заглянула в мешок.  – Полагаю, теперь и без моего сундука ты знатная невеста выходишь.

В дом больше никто не ломился, но Олег предпочитал не рисковать и наружу не выглядывать. Он пытался вспомнить хоть один заговор, оберегающий от женской благосклонности. И не мог вспомнить ничего. Обычно мужчины стремились к прямо противоположному.

Наконец в дверь постучали.

– Зоряна, выходите!

– Ага, вот и Седоглас!

Олег вышел вместе со знахаркой и невольно схватился за саблю: на утоптанной широко вокруг дома площадке стояли два десятка ратников с копьями и щитами, за ними – несколько мужиков. Зато не было женщин – сейчас они пугали ведуна куда сильнее воинов.

– Князь призывает вас на суд! – торжественно провозгласил волхв.