Ведун. Книги 1-18

 – Нешто бросить решил сиротинушек?

– На торг, тетя Зоря, – объяснил Середин, щелкая косарем и саблей: оружие выходило легко, не отсырело, не заржавело, ножны тоже не «повело».  – Снежана, работу покамест отложи. Я тут чужой, ничего не знаю. Проводи, пожалуйста. Ну, и с покупками помоги.

– Сейчас, чудище. Токмо платок нарядный повяжу!

Привычка – вторая натура. Имя ведуна женщины знали, однако же обращались чаще по-прежнему.

– На что тебе броня на торгу, молодец? – усомнилась знахарка.  – Да еще и мечи грозные.

– С моим товаром ухо нужно держать востро, тетя Зоря. Сколько раз ни торговал, завсегда после того ограбить пытались!

– И чем сие заканчивалось? – испуганно вскинулась девушка.

– А ты угадай! – подмигнул ей ведун.

– Ой, чур меня, – отмахнулась Снежана.  – Зря спросила.

– Жизнь моя такая… Ну что, готова? Тогда пошли.

Пермь была типичной русской крепостью. Массивные бревенчатые стены из могучих, в два-три обхвата, бревен поднимались на высоту пятиэтажного дома. Да не над землей, а над крутыми откосами холма, щедро политыми водой и сверкающими толстенной ледяной коркой. Башен на ней было всего три. Одна высилась у реки, поднимаясь над стенами еще на пять саженей, две – по бокам ворот с обратной стороны. К воротам тянулся деревянный настил, который заканчивался подъемным мостом. Однако вход в город, пусть даже висящий над обрывом на высоте трех этажей, все равно всегда и везде считался самым слабым местом обороны.

Скорее всего, вокруг крепости имелся еще и ров – однако под сугробами этого было не видно.

Как и все русские крепости, Пермь была выстроена с предельной прагматичностью. Размеры – только-только окрестных жителей вместить. Строить твердыню для эха, гуляющего меж стен, никто не собирался. Стены, кстати, тоже не пропадали – изнутри к ним были пристроены высокие амбары, житницы, просто жилые дома.

Само собой, самое удобное место – возле башни над рекой – облюбовал себе князь, дворец которого отступал от стены внутрь на три десятка шагов. Дальше теснились избы простого люда: купцов, ремесленников, промысловиков, пахарей. Они тоже были узкие и высокие – места хватало только-только пятистенок срубить. Посему первый этаж у купцов занимали лавки, а у пахарей – хлев, выше – склады-амбары и уж над ними – собственно жилье."

"Правда, тесной и душной жизнь горожан только казалась. На самом деле постоянно в крепости обитали только князь да дружина – причем в относительно просторном дворце, – да часть купцов. Большая часть жителей относилась к жилью в городе скорее как к схрону, хорошо охраняемому месту, куда можно спрятаться в случае вражеского набега или укрыться на зиму, чтобы не остаться занесенным сугробами наедине со стихией.