Ведун. Книги 1-18

– Чего ради я тут время трачу, Ираида Соломоновна?

– А ради того, чадо мое несмышленое, – отбросила камень ведьма, – что не на воду, не на деньги и не на камни лоза реагирует, а на желания твои. На то, что ты, именно ты найти желаешь! Метку помнишь, что на суженом своем оставила? Представь ее пред собою. Как можешь ярче представь! К ней всеми помыслами устремись. Найти ты желаешь место, к метке оной самое близкое. То, где дотянуться до нее проще всего. То, куда она в скитаниях своих в час переломный доберется. Метка твоя, желания твои, суженый твой, воля твоя… Ищи!

Знахарка отступила и раскинула руки над картой.

Роксалана поджала губы, посмотрела на стол. Сделала глубокий вдох и медленно повела лозой над картой. В одну сторону, в другую… Наклонилась дальше, провела еще раз от края и до края, потом еще раз. И вдруг, нежданно для нее самой, лоза уронила свой комель и ткнулась им в коричневый овал, означающий возвышение с крутыми склонами.

Ведьма мигом подскочила, положила под комель монету.

– Вы уверены? – исподлобья посмотрела на нее Роксалана.

Ираида Соломоновна вытащила из-под стола и развернула еще одну карту, потом еще. И на обеих метка стояла в одном и том же месте:

– Три раза гадала, деточка. И все знаки неизменно воедино сходятся. Ты ведь помнишь? – ведьма подняла согнутый мизинец. – Уговор меж нами. Посему дорога ты мне, ако чадо кровное. Коли пропадешь, кто клятву сполнять станет?

– Когда? – коротко спросила Роксалана.

– О сем ты мне скажи, милая.

– Тогда через неделю."

"– Не-ет, милая, не то ты сказываешь, – покачала головой Ираида Соломоновна.  – О кудесничестве ты, сказываешь, спрашивала? Обряды, сказываешь, учила? Неправда все сие, деточка. Не в знании кудесническом, не в подсчетах точных, не в записях подробных, не в обрядах шаманских. Здесь чародейство спрятано, – ткнула знахарка пальцем в ее живот. – В душе, в чувствах, ощущениях… В единении с небесами воздушными, с водами текучими, с землею сырою, с солнцем жарким. С ними воедино кудеснику слиться надобно, ими пропитаться, их токи, желания и возможности познать, ако самого себя. Песни, обряды, танцы и заговоры суть лишь помощники малые, дабы в деле сем тонком подсобить. Но не в них сила. В душе она, в тебе, в понимании и принятии мира нашего.

Знахарка обошла стол, взяла голову миллионерши в ладони:

– Ну же, чадо! Закрой глаза, о хлопотах забудь, внутрь себя оборотись, о прочем забывая. Безмирие вспомни, в котором парила. Миры, в каковые заглядывала. Пути, которыми летела. Метку вспомни. В руку свою метку сию возьми, через безмирие до нее дотянись. Не сама думай, ее слушай! Коснись ее, чадо… Ты чуешь ее? Видишь? – Ведьма чуть выждала и спросила: – Когда?

– Седьмого апреля… – выдохнула Роксалана и села прямо на землю, ощутив внезапную слабость.