Ведун. Книги 1-18

Для Олега всегда было загадкой, почему одно из самых богатых торжищ возникло не на волоке между Мстой и Тверцой, соединяющем Приильменье и южную Русь, Поволжье, Персию, а здесь, в двух днях пути от Вышнего Волочка. Однако что есть, то есть – именно тут, на обширном поле возле городских стен, раскинулись бесконечные ряды лотков, прилавков, сарайчиков и срубов с прилавками внизу, а также скотных загонов, птичьих клеток и кадок с живой и соленой рыбой.

Торг просыпался еще до рассвета – купцы спешили перекусить и оправиться прежде, чем среди рядов появятся первые покупатели, а сами покупатели норовили прибежать с самыми первыми лучами солнца. Ведь у большинства горожан было свое дело, свои мастерские, рушницы, маслобойни, кузни – и каждый норовил взяться за работу с утра пораньше, чтобы успеть как можно больше сделать за светлый день и не упустить ранних заказчиков…"

"Когда солнце поднималось уже достаточно высоко, на ярмарку являлись люди зажиточные, к клещам и молоткам не торопящиеся. Бояре, ключники, стряпухи выбирали кто украшения, оружие, запоры, а кто – поросят, капусту, лебедей и куриц, репу и лук, щук и карасей, гвоздику и перец. Следом за ними средь рядов появлялись гости торговые, купцы местные и заезжие. Эти покупали не головами и штуками, не корзинами и бадейками, они покупали шкуры – сороками, рыбу – лодками[111], хлеб – стругами. Именно по их воле варяжская соль из Русы отправлялась в Полоцк и Киев, а полоцкий лен – на Железное Поле, устюжские мечи[112] – в Персию, а персидский хлеб – в Новгород и Корелу, наполняя жилы современного мира ладьями и ушкуями с драгоценным товаром, которого было в избытке на одних краях света и остро не хватало в других.

Олегу Середину в мастерскую торопиться было ни к чему, а потому он, прихватив ведьму, отправился на торг ближе к полудню. Благополучно миновав ряды кожевенные и скобяные, они далеко стороной обогнули пахучих торговцев рыбой и соленьями. Дальше по правую руку торговали птицей, а за птичниками – скотом, по левую – тканями. Ведун, зная, что готовую одежду купить практически невозможно, повел Сирень к лоткам с полотном, шелками, бархатом и атласом – и тут вдруг девчонка замерла, больно вцепившись ему в руку:

– Смотри, какая красивая!

Олег услышал позади шум и гам, оглянулся и увидел, как петухи и курицы бессмысленно мечутся по загонам, утки машут крыльями, гуси гогочут, подпрыгивая и щипая друг друга и прутья решеток. Чуть дальше заржала, замычала скотина.

– Да-да, ты получишь то, чего хочешь! – торопливо согласился Олег. – Показывай!

– Вот, вот самая прекрасная! – Она погладила ладонями синий атлас. – И эта тоже! – ткнула пальцем в зеленый.

– Самаркандский товар! – встрепенулся торговец.