Ведун. Книги 1-18

– Олег не барсук, чтобы его можно было отдать так просто!

– Сейчас узнаешь… – Старлетка наклонилась, заглядывая Ольге в глаза. – Я покупаю кулон. Как советует великий Остап Бендер, будем чтить уголовный кодекс. Никакого насилия. Не отнимаю, а покупаю. Тысяча рублей. Договорились?

– Сто, – втянув голову в плечи, выдохнула девочка."

"– Чего? – переспросила старлетка.

– Сто тысяч…

– Деточка, ты не обнаглела? Это же обычная медяшка! Пятьдесят рублей на любом сувенирном лотке.

– Вот на лотке и купите, – посоветовала Оля.

– Пятьдесят тысяч, – сказала старлетка.

– А почему просто не отнять?

– Ладно, черт с тобой, – отступила разноглазая. – Но тогда расписку пиши. Что ты, такая-такая, проживающая там-то и там-то, получила… Сколько там сейчас рубль стоит? Получила две тысячи пятьсот евро за кулон в виде змейки с рубиновыми глазками от Роксаланы Делесиной. Дату, подпись. Костя, у тебя две с полтиной наберется?

Один из бугаев полез во внутренний карман пиджака.

– Только две, Роксалана Юрьевна.

– Стас? – оглянулась она на второго.

– Да.

– Отлично. Давай, деточка, рисуй расписку. Вон на столе бумаги целая пачка.

Ольга села за стол, исполнила требование старлетки, подняла заполненный листок.

– И последний штрих. Подержи деньги, кулон и расписку перед собой. – Роксалана чуть отступила, подняла планшет, запечатлела девочку встроенной камерой, поиграла с экраном. – Да, все в порядке. Кулон виден, текст читаем. Нет только счастливой улыбки. Но это мы как-нибудь переживем. Теперь мое отдавай мне, а фантики оставляй себе. Желаю хорошо оторваться на шопинге!

Старлетка повесила кулончик себе на шею и, кивнув бугаям, вышла из лаборатории. Охранники отправились следом. Одновременно с этим вернулась жуткая боль в ногах. Оля заскулила, плюхнулась на стул и спросила:

– Кто это был, Танечка?

– Не знаю. Пришли, показали видео, как Олег заходил в зоопарк. Сказали, что несколько человек видели, как он входил сюда, но никто не видел, чтобы он выходил. Сказали, что он пропал, меня подозревают в его убийстве. От тела тут избавиться несложно, крокодилам там скормить или львам… И потому я получаюсь самый вероятный убийца. В общем, хотели узнать, где он может быть. Иначе обещали сдать в полицию со всеми доказательствами.

– Блин, надо было послать сразу подальше, и все дела!

– Я пыталась. Хотела в охрану позвонить, но эти уроды отобрали телефон. К дверям тоже не пустили. Потом ты пришла… Что у тебя с ногами?

– Просто стерла. Пластырем заклею, до дома как-нибудь доковыляю.

– Дай посмотрю.

Таня промыла раны хлоргексидином, выдавила сверху медицинского клея, выдала вьетнамки и отправила работать:

– Извини, выписывать больничный не имею права. В смысле, по должности не положено.