Ведун. Книги 1-18

– Слышите? – навострил ухо Олег. – Похоже, сюда двигается какая-то вертушка. Думаю, это за вами, господа. Ступайте, транспорт подан. Я уже тысячу лет мечтаю раскрошить вас в бефстроганов. Не искушайте меня без нужды. Могу не устоять перед соблазном.

– Мы еще встретимся, смертный... – Аркаим наконец справился с замком.

– От такого слышу, – не сдержавшись, весело огрызнулся Олег.

– Я вернусь, – пообещал Раджаф и вышел за ним следом.

– Возвращайся, – согласился Середин. – Только что ты теперь сможешь?

Он выглянул на лестницу. Убедился, что братья ушли наверх. Но саблю спрятал только после того, как удаляющийся гул сообщил, что они улетели.

– Что будет теперь? – спросил Кирилл, все еще сжимающий Урсулу в своих объятиях.

Девушка промолчала, прижавшись к его щеке и глядя на Олега щенячьим взглядом.

– А что должно быть? – пожал плечами ведун.

– Что дальше?

– А что?

– Чадо ты мое, чадо, – покачал головой Ворон. – В случаях сих говорить надобно: «Совет да любовь!» А еще: «Долгих лет и многих детишек!» А не чтокать, как лягушка на болоте. Давай, сказывай. Что из тебя каженное слово выжимать надобно!

Олег свернул к плите, спрятал саблю в тубус, потом приблизился к парочке и ткнул реставратора в плечо:

– Да, парень, рубака из тебя хреновый, прямо скажу. Не богатырь. Но храбрость все же проявил, не сломался. Мыслю я, в принцы годишься. Доказал. Быть по сему! Урсула, а ты как? Наградой быть согласна? Коли решишься, назад ничего не воротишь...

Девушка несколько раз торопливо кивнула. Потом осторожно выбралась из рук Кирилла, подскочила, поцеловала его в щеку:

– Спасибо тебе, боярин Олег. За все спасибо! – И тут же вернулась в объятия суженого.

– Коли так, – вздохнул Середин. – Чего там говорить надобно, Ливон Ратмирович?

– Совет да любовь, тетеря!

– В общем, пусть счастье никогда не покидает вашего дома...

И он быстро вышел из квартиры, пешком пошел вниз.

– Молодец, отрок, взрослеешь, – через этаж нагнал его учитель. – Я думал, ты на это так и не решишься.

– Ерунда, Ратмирович. Я с самого начала согласен был.

– Так я тебе и поверил! Нечто не жалко было с такой красоткой ладной расставаться?

– Жалко, чего врать! – остановился Середин. – Но мне-то с ней расставаться всего лишь жалко. А у них у обоих – любовь, судьба, жизнь. Зачем я ломать стану? Я бродяга, мне это токмо в тягость.

– Ой, неладное сказываешь... – прищурился старик. – Ой, юлишь... Я тебя, чадо, насквозь вижу! Нечто в сердечке так ничего и не екает?

– Екает, Ворон. Да не об том, о чем ты думаешь... – Он присел на перила лестницы. – Ты не поверишь... Ты не поверишь, но меня поцеловала прекраснейшая из богинь. Такого, Ратмирович, не забыть. Она была... – Середин лишь мотнул головой, не в силах подобрать слова.