Ведун. Книги 1-18

Его тут же подхватили под мышки, поволокли к вертолету. Однако все это заняло время – Олегу осталось пролететь всего сотню метров, а Аркаим с подручными еще даже не загрузились.

– Сейчас дам в бочину, тогда и полетаете, – прошептал Середин, обеими руками с силой упираясь в руль.

Колдун оглянулся, уперся в него взглядом и вдруг сильным толчком опрокинул Кирилла на дорогу, чуть не под колеса «форда». Ведун еле успел крутануть руль, перепорхнул канаву, запрыгал по комковатой пашне, теперь уже давя тормоз, от внезапного рывка скользнул с сиденья вперед и остановился.

Нижняя часть руля врезалась ему в живот, и, наверное, две или три вечности он не мог ни вздохнуть, ни охнуть, бессильно глотая ртом воздух. А когда смог, наконец, всосать в себя струйку воздуха, то первыми словами было:

– Теперь всегда стану пристегиваться.

Дверца распахнулась, ему в висок с силой уткнулся ствол автомата:

– Вылазь!

Олег медленно выбрался наружу, поднял руки. Автомат уперся в затылок. От вертолета, волоча реставратора за шиворот, подошел Аркаим:

– Какая неожиданность, чужестранец! Смотри, кого я поймал на глухой дороге. Не ожидал? Ты, верно, думал, я стану прыгать по ядовитому полю, ровно саранча? Как бы не так. Я с самого начала понял, что Урсулы в том месте, куда ты нас заманил, нет. И что вот этого щенка ты тоже попытаешься сразу убрать как можно дальше. Мы взлетели, и единственным транспортом, удаляющимся прочь, оказалась эта допотопная тарахтелка. – Колдун тряхнул Кирилла за шиворот, словно имел в виду именно его. За минувшие века Аркаим так и не излечился от бахвальства. Никак не мог удержаться, чтобы не похвастаться. – Теперь скажи, чужеземец, почему бы мне тебя не убить? Этот жалкий щенок расскажет мне все, до последней мелочи. Где Урсула, как до нее добраться.

– Не скажу! – нашел в себе силы для протеста Кирилл.

– Вот видишь! – еще больше обрадовался колдун. – Оказывается, он это знает. А уж заговорить он заговорит, ты меня знаешь. Расскажет все во всех подробностях.

– Мы ее перепрячем.

– Нет, чужеземец, – покачал головой Аркаим. – Ты никого никуда не перепрячешь. Потому что теперь ты умрешь. Ты мне больше не нужен. Рихард, пристрели его."

"– Ква! – Ведун крутанулся, резко опуская руки. Загрохотала очередь, вошедшая не в затылок, а в чистое голубое небо. Грузик кистеня, выскользнувший из рукава куртки и разогнанный широким замахом, врезался стрелку в грудь. Ничего не поделать – ведь удар был нанесен наугад, не прицельно. Рихард вздрогнул, выпучив глаза и на миг забыв об оружии – перелом грудины трудно перенести со спартанской невозмутимостью. Этого мига вполне хватило Олегу, чтобы отстраниться и вторым замахом вогнать серебряный шипастый грузик ему в висок.