Ведун. Книги 1-18

Ты корм. Но я не хочу видеть смерть друзей. Так что жив ты благодаря им. Однако если ты еще хоть раз покажешься в моем лесу, мне придется ожесточить свое сердце. Я чую в тебе опасность. И мне придется пойти на боль и жертвы, дабы спасти стаю. Радуйся удаче и уходи. И больше никогда... – ты слышишь, смертный? – никогда не входи в мой лес! Это наша последняя встреча. Отныне встречать тебя станут клыки. Теперь уходи! Ты вызываешь в нас злобу. Братьев трудно удерживать от броска."

"Олег мысленно признал ее правоту. Разумеется, он нарубит невероятное количество зверья, если они вдруг кинутся в атаку. Доспех не позволит загрызть его сразу, порвать живот или бока, кусить в спину. Но у него только одна сабля, и ее не хватит на все стороны. Рано или поздно кто-то из зверей прорвется, вцепится в ноги, не давая уклоняться, в руки, причиняя боль и мешая рубиться. А потом его просто опрокинут и загрызут. Задавят живой массой. Одному против сотен в честной битве не устоять. А потому ведун попятился, следя за врагом, на гребне холма спрятал саблю в ножны и пошел к болоту.

Отступив немного вниз по склону, Середин остановился, подождал. Наверху никто не показывался, его не проверял. Похоже, маленькая ведьма решила, что все закончилось вот так просто: взрослый и опытный колдун ее послушался и ей подчинился. Сдался перед напором какой-то мелкой пигалицы, режущей людей, словно капусту для салата.

– Нет, милая, все еще только начинается.

Ведун опустился у норы, из которой пару минут назад выскочила волчица, достал косарь, разрыхлил несколькими ударами землю вокруг и принялся торопливо разрывать ее руками:

– Посмотрим, посмотрим, есть у вас уже щенята или только готовитесь.

За четверть часа он углубился от силы на пару локтей и логова толком еще не видел – но тут на холме появилась волчица и, грозно зарычав, ринулась вперед. Взметнулась в прыжке, оскалив пасть, хищно глядя прямо в глаза... На ее беду, ведун нападения ждал и успел продумать порядок действий. А потому вскинул руку со сжатым кулаком и со всей силы ударил им прямо в распахнутую пасть, вгоняя как можно глубже в горло. Второй рукой он перехватил зверя за шею, проворачиваясь вокруг своей оси и падая на мохнатую тушу, давя всем своим весом. Волчица пыталась шевелить челюстью, но вбитый в глотку кулак не давал ей закрыть рот и перекусить руку. Взвыть или тявкнуть она не могла, лапы оказались не способны одолеть доспех. Сбросить с себя врага она тоже была не в силах. Все же человек весил почти втрое больше. Убедившись, что вывернуться жертва не может, Олег зажал ей нос. Зверюга затрепыхалась сильнее – но сделать ничего не смогла и вскоре затихла, обмякнув от удушья.

– Ну, вот и все... – Ведун снял шапку, сунул ей в пасть вместо кулака, туго затянул поясным ремнем.