Ведун. Книги 1-18

А здесь… Здесь — это уже жизнь. Чувствуешь: вот она! Мы живые! Что, опять посоветуешь железную паранджу?

— Предлагаю сделать хотя бы шлем. Инструмент у меня есть, время тоже. Раньше, чем через два дня, кочевники из этой крепости не уйдут. Никакой силой не выгонишь.

— Какой ты прагматичный… Давай лучше стену осмотрим. Ночь длинна. Тут еще так много забавных мест.

* * *Как и ожидал Олег, никаких требований ему выставлять не пришлось. Кочевники сами прикинули общую добычу, сами оценили его вклад во взятие крепости и сами отсчитали долю. То, что он не принимал участия в разграблении, значения не имело. Тот, кого на общем пиру угощают головой, не обязан мараться в столь грязном развлечении. Его задача — сделать так, чтобы развлечься смогли другие. В итоге, личный обоз посланника ворона увеличился примерно в два раза — до двадцати повозок. Скота в крепости почти не нашлось, а невольницы, которых привели к юрте, после выхода Роксаланы наружу бесследно испарились. Так быстро, что Олег не успел даже оценить, сколько их там было.

На третий день победители гордо прошествовали через крепость и двинулись дальше. Двадцать четыре повозки, табун и отара. Все свое добро: юрты, добычу, припасы — кочевники оставили в лагере. Какой смысл тащить с собой целых десять дней то, что потом все равно придется везти обратно? Там же остались и два десятка раненых, семеро убитых и четыре десятка просто слабых, старых и больных нукеров: охранять добычу, оборонять лагерь и захваченную крепость.

— Надеюсь, ты угадала с телефоном и телеграфом, и про нас западнее Бигорана никто не знает, — покачиваясь в седле, сказал спутнице Середин, когда они миновали уже второй постоялый двор с плотно запертыми, несмотря на ясный день, воротами. За стенами маленьких крепостиц и окрестных домов не было видно ни скота, ни людей. — Потому что, если нас повяжут со всем этим обозом в глубине страны, сидеть нам на колу придется точно. Обоим. И четыре с небольшим сотни бойцов при столкновении с настоящей, многотысячной армией Булгара нас никак не спасут.

— Ерунда, Олежка, — махнула рукой Роксалана. — Это же средневековые дикари. Откуда у них приличная связь? Откуда они могут знать, что творится уже в десятке километров, за линией горизонта?

— Про гонцов никогда не слышала? А про почтовых голубей?

— Глупости все это. Мы так быстро взяли город, что никто не успел ничего написать и никого отправить. Успокойся. Подумай, сколько времени займет путь в Муром через Урал? Месяц идти обратно, еще пару недель через горы, и месяца два, коли с такой скоростью, да через степи к Волге, — загнула она пальцы и добавила: — Через зимние степи. Да еще, между прочим, тебя там два колдуна поджидают, забыл?

— Колдунов, пожалуй, там уже нет. Вниз по Уралу за мной погнались.