Ведун. Книги 1-18

Кочевник, уверенно перешагивая с валуна на валун, пересек эту полосу препятствий. Олег, заметив камни с гладко натертыми, словно отполированными макушками, так же легко прошел за ним, остановился рядом. Позади послышался вой и мелодичный звон, мерное перестукивание. Это шаман, пристукивая посохом и вздрагивая всем телом, принялся расхаживать вдоль границы травы и гранитной россыпи, напевая заклинания и молитвы. Видно, запирал границу двух миров. Все, кроме жертвенных девушек и обоих молодых парней, остались там, в царстве живых.

— Идите сюда, — снова пригласил старейшина и повел их вниз через густо заросшую молодняком лиственную рощицу.

Слева от узкой влажной тропинки стояла похожая на плетень, плотная стена из ивового кустарника и осиновых стволиков в руку толщиной. Справа тянулась отвесная каменная стена, покрытая мелкими извилистыми трещинками. Путь занял всего минут десять. Они оказались в тупике, на ровной площадке между плотно стоящими скалами. Под ногами мягко пружинил серый мох, жалобно потрескивали тонкие веточки, осыпавшиеся с деревьев еще осенью.

— Стойте здесь, дети мои, — кивнул старейшина. — Сюда должны принести товар. Пора.

Парни привычными движениями дернули с плеч веревки, достали из-за спины криво изогнутые рога, сделали по глубокому вдоху, поднесли к губам костяные мундштуки. Среди камней покатился низкий тяжелый гул, словно кто-то завел тепловоз на максимальные обороты. Уши мгновенно заложило. Олегу даже показалось, что от этого чудовищного звука затряслась сама земля. Хотя, кто знает, может, она и вправду дрогнула?

— Ждите! — скорее угадал по губам, чем услышал Олег просьбу старейшины и замер на месте.

Прошла минута… Пять… Десять… Ничего не происходило. Уши отпустило, ведун стал различать шорохи ветра среди скальных вершин, жужжание ночных насекомых, сонное чириканье бестолковых птичек в лесу за спиной. Появилось нездоровое желание оглянуться, посмотреть, что там происходит. Однако старейшина такого приказа не давал, и Олег сдержался.

«Или все-таки оглянуться?» — подумалось ему.

— Может, оглянемся? — предложил он уже вслух.

Похоже, действие зелья мало-помалу ослабевало, и в душе пленника стал зарождаться бунт своеволия. Хотя бы в такой малости — оглянуться без приказа.

Опять задрожала земля. Одна из скал впереди вдруг взлетела вверх на добрых пять метров, замерла, сдвинулась в сторону и опустилась на землю. В темноту открывшегося тоннеля уползли чудовищные руки толщиной с крупного африканского слона, вместо них выдвинулась грубо вытесанная из серого базальта безносая рожа с большими круглыми глазами и широким ртом.