Ведун. Книги 1-18

 — А поскольку заявление в милицию в нынешние века писать не принято, размеры мести могут оказаться самыми что ни на есть неожиданными».

— Эй, красотка, — распустил он ремни на Роксалане. — Ты как, проспалась, кукукать больше не хочется? Тогда вставай, пора манатки собирать.

— Ой, мамочка, как пить хочется, — застонала девушка, выползая из мехового свертка. — Чего это мы вчера нажрались?

— Ведьмин гриб сие прозывается, — прозвучал женский голос из тени за лещиной. — Смертные так нарекли.

— А, точно, — уселась спутница, с силой потерла виски. — Грибы мы вчера варили. Вкусные такие оказались. Так хорошо было… — Она завалилась набок и мгновенно засопела.

— Вставай, говорю, — тряхнул ее Олег. — В дорогу пора.

— Счас, счас, — вяло чавкнула себе под нос Роксалана. — Счас встану.

— Пошли, говорю!

— Ну, пай пы попать немного, — неразборчиво пробормотала девушка. — Те жалко?

— Вставай!!!

— Как-кой ты… — не открывая глаз, широко зевнула Роксалана. — На работу не надо, билеты не горят… Куда ты так спешишь?

— Вставай, зараза, пока гости не пришли!

— Гости… — Девушка дернула бровями. — Мартини докупить надобно, а то погреб пустой совсем. И это… Бьянки. Еще, папа, пожалуйста. Абсент. Абсента так хочется, даже…

— Тебе не абсент, тебе розги нужны!

— И грибы. Они маринованные, соленые… Суп грибной с абсентом, — с причмокиванием ответила девушка и потянула на себя подол тулупа.

Середин покачал головой, взялся за ворот и одним рывком вытряхнул девицу в сугроб с камышами:

— Подъем! Нужно ноги уносить, пока хозяин ловушек не появился. Здесь тебе не Европа. Здесь за воровство вешают без разговоров. Давай, бери себя в шаловливые ручки да коней седлай. Уходим!

— Угу… — Спутница уселась, тряхнула головой, отерла лицо снегом. — Да встаю, встаю, отстань.

— Что, похмелье мучает, пожирательница поганок?"

"— Ничего меня не мучает! Просто спать хочется.

— Про «спать» ты лучше молчи. Это я за вами всю ночь бегал, пока вы тут танцы с лошадьми устраивали. Все, подъем!

Однако прежде чем оседлать скакунов, их требовалось сначала поднять. В самом прямом смысле: из пяти коней стоя дремали на привязи только два мерина. Все прочие лежали на снегу, целеустремленно зарабатывая отек легких и переохлаждение. После окриков, понуканий и ударов прутом животные все же встали и даже послушно пошли к костру — но при этом покачивались, недовольно фыркали и хватали мягкими губами снег. Середин заподозрил, что пустить кого-либо рысью сегодня не получится никакими силами.

Пока он возился со скотиной, Роксалана успела снова завернуться в тулуп и уже сопела в две дырочки. Олег сломался и будить ее больше не стал.