Ведун. Книги 1-18

 — А что стало с твоей империей?

— Я лучший правитель из всех, что рождались под солнцем, — с гордостью напомнил Раджаф. — Разумеется, я наладил жизнь в этой империи так, что люди, верно, по сей день вспоминают о ней, как о золотом веке. От края и до края там протянулись ровные прекрасные дороги, на которых была налажена почтовая служба. Народы забыли о войнах, и битвы случались лишь на дальних, никому не ведомых рубежах. Иногда где-то на Руси, иногда в Персии, иногда в Сиаме. Ремесленники, пахари работали в любом городе, не опасаясь нападения врага, рабства или разорения. Женщины плодили детей, не беспокоясь за их будущее. Дабы все были богаты и счастливы, я назначил совсем крохотный налог, одну двадцатую от дохода каждого работника империи. Для каждого это была кроха — для империи золота хватало и на армию, и на наместников, и для моей казны. Восхитившись мудростью тибетского мага, я построил свой дворец неподалеку от его пещеры. Для своего друга и учителя тогда же я повелел возвести Шамбалу. Место, где он мог прикасаться к свету небес, медитировать, где он мог обрести уединение. Я даже приказал разрушить дорогу, по которой наверх доставлялись рабочие и камни для строительства. Осталась лишь узкая, опасная и плохо проходимая тропа. Но я постоянно поднимался по ней в Шамбалу, чтобы услышать мудрые речи учителя. Я спрашивал его о справедливости и будущем, он говорил мне об истине и любви. Он первым поведал мне, как можно избавить мир от страданий. Для этого достаточно очистить человечество от дурных страстей и желаний. Причина постоянных перерождений — в жажде жизни, наслаждений, земных благ, в дурных страстях. Постоянный круговорот рождений, болезней, бед, смертей причиняет человеку страдание, ибо даже самая счастливая жизнь влечет за собой смерть, а за ней — рождение в новом облике, достойном тех поступков, которые ты совершил в предыдущем воплощении. Только освободившись от всех стремлений, можно прервать эту череду. Лишь тому, кто уже не ищет желаний, дано больше не возрождаться и, умирая в последний раз, достичь совершенства и покоя, блаженной нирваны.

Бодхисатва прошел перед простертыми монахами, глядя на их бритые затылки."

"— Я много общался с учителем, чужеземец, и мало уделял внимания делам империи. Вскоре до меня дошли вести, что многие из моих наместников — честные, прекрасные люди — поддались желаниям, пустым страстям и браваде, начали воевать меж собой, превращая большую, счастливую страну в лохмотья, полные нищеты, рабства и страданий. И в то мгновенье я постиг, что жить — это и значит страдать. Я понял, куда ушли боги древности. Я понял, почему сгинули мудрые основатели Каима. Боги, праотцы, создатели — это и есть мы, чужеземец! Наши души чисты и светлы, наши души полны любви и света.