Ведун. Книги 1-18

Повариха работает, никуда не убежала.

— Хорошо. Ну, мы к обеду подойдем.

— Вы куда?

— На берегу будем. Здесь все рядом. Коли что, просто позовите. Услышим.

— Аккуратнее там. Мало ли…

— Так у меня же карабин, — подмигнул ему Середин. — Не пропадем.

Спустившись вниз, он открыл шкаф с удилищами, стоявший рядом с оружейным, выбрал себе спиннинг в полтора роста длиной, взял коробку с блеснами.

— Вячеслав Григорьевич, ты намедни так классно рыбу таскал. Научишь?

— Да дурное дело нехитрое… А чего с черепом?

— Все то же самое, все то же… Нет в нем никакой магии. Но вот что странно: кто-то успел покрыть его лаком. Он желтый не из-за оттенка старой кости, а потому что сверху лежит тонкий слой матового лака. Если не приглядываться, это не заметно. Но я насмотрелся на кости изрядно, настоящий цвет с подделкой не перепутаю.

— Откуда в могиле мог взяться лакированный череп?

— Очень хороший вопрос, Вячеслав Григорьевич. Но куда более интересно: кто сделал саму могилу? Потому что кто-то неведомый уже довольно давно прикармливает тут навок и прочую нежить. Монету я нашел всего… О боги, меньше месяца назад! Кто же смог нас здесь так грамотно обложить? Когда успел? Эта засада готовилась несколько лет! Сперва магазин, потом здесь… Нас как будто уже очень, очень давно ждали. Как ты попал в это место, Вячеслав Григорьевич? Кто тебе посоветовал, кто навел? Давай, думай. Может, хоть какую-то ниточку нащупаем.

— Никто. В Интернете нашел, — покачал головой антиквар.

— Тогда я не знаю, что и думать. Пошли рыбу ловить. Может, какая мысль и осенит. Урсула, возьми удочку. Может, тебе понравится.

— Это не рискованно, Олег?

— На улице, на берегу? — Ведун хмыкнул. — Мы в капкане, Вячеслав Григорьевич, для нас тут на всем острове мест безопасных нет. Так что просто не бери в голову. Здесь или в беседке — никакой разницы. Если колдун захочет — везде достанет. Только не пойму, какого лешего он к Гарите прицепился? Монета-то у меня!

Кидать Середин научился так же, как антиквар, с первой попытки. Подматывать точно так же — с десятой. С двадцатой попытки их движения совершенно перестали различаться. Блесны были одинаковыми. Однако ушлый мачо вытащил три рыбины, неуклюжая, делающая все неправильно Урсула — одну, а Олег ни разу не ощутил даже поклевки. Через час он плюнул на все и отправился купаться. Набрызгавшись, вытянулся на камнях на берегу. Вскоре рядом присел Тюлень, положил «помпушку», поставил три бутылки пива:

— Угощайся, Олега. Пивко после купания хорошо. Чего не ловишь?

— Не любит меня рыба. И зверь не любит. Не быть мне промысловиком.

— Кто же тебя любит тогда, бедолага? Жена?

— Жена, похоже, любит не меня, а рыбалку.