Ведун. Книги 1-18

— Тогда предлагаю расходиться спать. В целях экономии огарков. Черт, патроны забыл, пиво забыл, водки взять тоже забыл. — Сергей махнул рукой. — И правда, пойду. Девчонки, ну-ка в номер. Будете вместо пива отрабатывать.

— Пошли, — перехватив карабин, Олег махнул Урсуле рукой. — Всем спокойной ночи. Надеюсь, утром все разъяснится.

— Да уж хорошо бы, — согласилась Гарита. — Спокойной ночи. Витя, пошли.

В номере Олег без всякой надежды заглянул в ванную, открыл кран. К его удивлению, вода потекла. Видимо, дровяной водогрей обеспечивал нормальную циркуляцию и без электричества. Он наскоро ополоснулся, уступил место невольнице, начал вытираться — и услышал за стеной истошный вопль.

— Антиквар!

Наскоро натянув трусы, ведун подхватил карабин, выскочил из номера и врезался в соседнюю дверь. Она была заперта изнутри, и Олег, недолго думая, высадил створку ударом ноги — задвижки тут были хлипкие. Первыми, кого он увидел, были две навки: с зелеными нитяными волосами, бесцветными лицами, но в новых шелковых коротеньких платьях. Они лезли в постель к соблазнительному мачо, расталкивая друг друга и пытаясь вырвать у него одеяло. Вячеслав Григорьевич удерживал свою единственную защиту зубами и руками, одновременно воя на протяжной ноте и брыкаясь ногами. Из-за кровати поднялась мавка — видимо, уже словила один из пинков. Вдобавок ко всему очарованию, одета она была во влажный, а потому совершенно прозрачный топик и обтягивающие шортики.

— Ну-ка девки, не балуй! — Ведун сунул руку к поясу: но сумки там не нащупал. — А ну, брысь!

— Уйди, свояк, — зло прошипела красотка. — Он наш. Он сам позвал.

— Ага, так я и поверил."

"Олег взмахнул правой рукой, разгоняя по ней кровь и мысленно направляя к кисти всю свою силу, схватил водяную соблазнительницу за плечо. Та вскрикнула, отскочила. Человеческая рука была слишком горячей для обитательницы омутов. Не опасной — но неприятно обжигающей. Навки же и без того всегда слишком вялые. Середин толкнул их плечом, поймал обеими руками антиквара за запястье, рванул к себе, потащил к двери.

— Он наш! Отдай! — пробежалась следом мавка, но напасть все же не решилась. Видать, помнила прикосновение заговоренной соли к лицу. — Отдай!

— Я н-н-н-н-не звал… — прервав вой, выдохнул Вячеслав Григорьевич.

— Потом.

Середин проволок его через темный холл, втолкнул к себе. Мачо взвыл и попытался выскочить обратно: в комнатенке, возле изголовья, колыхались призраки — все три потусторонние голышки. Однако ведун оказался сильнее антиквара, он просто зашвырнул того внутрь и захлопнул за собой дверь:

— Навки материальны, сквозь стену не пройдут.

— А-а-а… — дрожащим перстом указал мачо на призраков.

— А эти, в принципе, безобидны. К тому же, от них хоть какой-то свет имеется.