Ведун. Книги 1-18

Створка отворилась и мачо в трусах и футболке впустил Середина в дом.

— Ты чего здесь? — не понял ведун.

— Там же труп! — почти нормальным голосом напомнил антиквар.

— Откуда взялся?

— Не знаю. Я выпил вчера немного и заснул. Телек не выключил. Потом проснулся по нужде — а он сидит. Бизнес-канал смотрит.

— А дверь? — Олег нажал на кнопку лифта.

— Не помню.

Кабинка стояла внизу, так что ждать не пришлось. На площадке перед квартирой было тихо. Олег первым вошел в приоткрытую дверь, бесшумно подкрался к спальне, заглянул туда. На краю постели и вправду сидел труп со следами гниения, в почти полностью сгнившем костюме. Перед ним на синем экране телевизора двое лысых мужчин обсуждали цены на нефть.

— Интересно? — полюбопытствовал Середин, входя в комнату.

Гость повернул голову к нему. У него отсутствовала верхняя губа, глаз, провалился нос, кто-то погрыз левое ухо, сквозь прорехи на одежде проглядывали трупные пятна. В остальном это был вполне приличный мертвец. На груди имелась четко различимая дыра: похоже, какой-то добрый человек выдернул оттуда осиновый кол. Рядом красовался значок с надписью: «Отдай мне согдианскую монету».

Вообще, любителям, восхищающимся таинствами вуду и увлекающимся зомбированием, не мешает лучше разобраться с повадками тихих российских упырей. Эти существа тоже вылезают из могил вскоре после смерти, тоже медлительны и тупы, хотя простейшие приказы способны понимать и даже исполнять. Вот только, в отличие от зомби, еще никому не удавалось приспособить их к хозяйственным работам. А может — просто не пытались. Обычно упыри приходят из могилы к себе домой, на последнее место жительства, и торчат там, смущая знакомых и родственников. Иногда пытаются пить кровь. Учитывая их ловкость — нападают только на спящих. Благодаря покладистому характеру в некоторых деревнях упырей терпят по несколько месяцев, но рано или поздно терпение все же кончается, и бедолаг хоронят снова, но теперь уже с осиновым колом в груди.

— Кто тебя послал? — спросил Середин.

Мертвец пошевелил нижней челюстью, повел плечами.

— Кто тебя послал?

Опять никакого ответа.

— Ну, как хочешь.

Ведун извлек саблю, одним ударом снес голову и спрятал клинок обратно. Туловище еще с минуту посидело на постели, но потом все же потеряло равновесие и рухнуло на ламинат.

— Вот и все, Вячеслав Григорьевич. Могли бы и сами управиться, чем в пять утра людей подымать.

Антиквар громко сглотнул. Середин, подумав, все же присел рядом с телом, коснулся значка. Обычная рекламная штамповка, поверх которой кто-то приклеил бумажку.

— Да… Непохоже, чтобы он в могиле это изготавливал. Развернуто к тебе подступают, Вячеслав Григорьевич, масштабно.