Ведун. Книги 1-18

 — Ножи по гривне кун каждый, мечи… Мечи тяжеловаты, перековывать придется…

— А вы их для ратников покрепче приберегите, — посоветовал Олег. — И металл лишний не угорит, и закалка не уйдет. Да и проковка у доброго меча внутри вязкой сталью идет, а снаружи высокоуглеродистой. Чтобы и пружинил при ударе хорошо, и прочность на лезвии имел.

— Так сталь-то дрянь, — махнул рукой воевода. — Откуда у хазар-то железо нормальное?

— А мы проверим… — Уж в чем-чем, а в качестве и обработке стали Середину лапшу на уши можно было не вешать. Он прошелся по двору, подобрал камушек граммов на сто, взял из рук Дубовея хазарский клинок, с силой ударил по краю лезвия. Потом еще и еще, в разных местах: — Видишь, воевода, какая искра летит? Искра желтая, высекается всего две-три штуки, летят далеко. А у низкоуглеродистой, плохой стали искры красные, высекаются сразу снопами, гаснут почти сразу. Хочешь попробовать?

— Ладно, — смирился Дубовей, — не самые плохие мечи. По две гривны кун согласен взять.

— Ты чего, воевода? — даже рассмеялся Середин. — Меч всего вдвое дороже ножа ценишь? Гривну давай!

— Гривну за новый платить можно, — покачал головой воевода, честно защищая хозяйские интересы. — А эти, сам понимаешь, уже не одну сечу прошли, выщербленные все, с пятнами. Три гривны кун дам, а более смысла нет. По рукам?

— По рукам, — согласился Олег, мысленно напомнив себе, что собирался не разбогатеть на добыче, а всего лишь избавиться от нее.

— Луки, стрелы… Гривну за все. Луки дрянь, из сердцевины клена, более, нежели на сто саженей, бить не способные. Можешь и не говорить ничего.

— По лукам я не мастак, — пожал плечами Середин.

— Та-ак, деньга, деньга, пять гривен кун, — принялся, тыкая пальцем, пересчитывать покупки Дубовей, — еще пятнадцать на три, еще гривна… Шесть, семь. Получаем семь гривен. Кони по полгривны, это уже двенадцать, все идет за полцены. Всего шесть гривен на круг. Согласен?

— Нормально… — кивнул Олег, с трудом скрывая довольную улыбку. Со здешними деньгами он немного познакомиться уже успел и прекрасно представлял, что шесть гривен — это заметно больше килограмма серебра. Притом, горсти монет граммов на двести вполне хватит, чтобы купить дом с печкой и припасы на зиму, если ему не удастся разобраться с заклинанием до морозов."

"Ведун вслед за Дубовеем поднялся на второй этаж, где в одной из комнат каменного низа детинца хранилась за двумя дверьми и под охраной двух ратников княжеская казна. Воевода, отперев один из сундуков, достал маленький мешочек, потом точно такой же из другого.

— Пять гривен золотом, одна серебром, — пояснил он. — Ну что, купец, пойдем, выпьем во имя Макоши?

— Я не купец, — буркнул Олег, пряча в поясную сумку кошельки.