Ведун. Книги 1-18

Поэтому клинок второго воина он смог принять на железную окантовку, одновременно резанув саблей понизу. Ворог охнул, покатился из седла. С третьим ведун столкнулся щитами — и они разминулись. Четвертый встал на стременах, намереваясь обрушить на голову противника тяжелую секиру, но Олег дотянулся до нее кончиком сабли, мягко — без удара, а плавным усилием — отвел от своей макушки в сторону и выбросил вперед не менее тяжелый щит, ломая его краем ничем не прикрытую грудину. Воин молча откинулся на спину и… И перед ведуном осталась открытая дорога — остальные всадники промчались мимо, подальше от него.

Середин обернулся: серая лошадь, вздымая пыль, волокла за собой его последнего противника, нога которого застряла в стремени. Боярин Радул, размахивая палицей, что-то орал уносящимся татям. Перед ним на дороге валялись двое мертвецов — с живых людей столько крови не натекает. С надсадным воем ползал возле лошади, на которой сидела с круглыми глазами Рада, какой-то человек в войлочном поддоспешнике и пытался собрать валяющиеся в грязи кровавые ошметки. Похоже, это был первый сбитый Олегом разбойник.

Ведун спешился, ударом ноги опрокинул его на спину, наступил ногой на горло:

— Кто вас послал? Чего вам нужно? Ну, говори! Кто?!"

"— Нехорошо так, ведун, — подошел боярин. — Видишь, мается человек.

Он взмахнул палицей, и голова пленника превратилась в ямку.

— Слушай ты… — вскинулся Середин, подбирая слова, но не подобрал и просто сплюнул в пыль. — Добрый ты человек, боярин Радул.

— Какой есть, — повесил богатырь палицу обратно па пояс. — А че им нужно было? Кто енто такие?

— Спросить надо было у татя!! — не выдержав, заорал Олег. — Спросить, а не киянкой своей по башке вколачивать!

— А чего же ты не упредил, ведун? — развел руками боярин.

Середин только сплюнул еще раз и принялся расстегивать на покойнике ремень. В этот момент послышалось легкое шуршание, а потом тяжелый удар о землю.

— Ой, мамочки… — охнула Рада. — Как же это он?

Третьяк лежал, раскинув руки, а на рубашке быстро темнел длинный порез — от плеча до нижних ребер.

— Кажись, рубанули холопа-то, — зачесал в затылке боярин.

— Понять ничего не успел, — вздохнул Олег, закидывая через спину чалого поясной набор с широким прямым мечом. Ведун подошел ближе, присел на корточки, взял руку, попытался нащупать пульс… Нет ничего… — Пусть будет Мара милостива к своему новому слуге.

— А ты как же цел, Базан? — поинтересовался у второго холопа боярин.

— Да я… — сглотнул холоп. — Я справа от него ехал.

— Видать, не достали, — распрямился Середин. — Давайте через седло его перекинем. Опять вечером придется поминальный костер жечь. Что скажешь, боярыня? Может, домой возвертаешься?

— Не, — мотнула головой Пребрана.