Мэйфейрские ведьмы

— Какой же ты глупец, раз решился приехать сюда, — произнесло существо. Губы его при этом не шевелились, и голос не проникал мне в уши. — Какой же ты глупец, что еще раз пытаешься встать между мной и ведьмой, которую я люблю.

— А что ты сотворил с моей драгоценной Деборой?

— Сам знаешь, хотя на самом деле не знаешь ничего. Я рассмеялся.

— Следует ли считать за честь то, что ты позволяешь мне судить об этом самому? — Я сел на кровати. — Покажись явственнее.

И прямо у меня на глазах фигура вдруг обрела плотность и стала более явственной — наконец-то я смог разглядеть конкретные черты липа и другие детали. Тонкий нос, темные глаза, та же самая одежда, что была на нем много лет назад, в Шотландии, когда я на секунду увидел его: короткая кожаная куртка, грубые штаны, домотканая рубаха с широкими рукавами."

"По мере того как я все это рассматривал, нос его, казалось, вырисовывался все отчетливее, темные глаза становились ярче и живее, а кожа, из которой была сшита куртка, все больше походила на кожу.

— Кто ты, призрак? — спросил я. — Назови свое истинное имя — не то, каким наградила тебя моя Дебора.

Его лицо исказила страшная горькая гримаса, но нет — иллюзия начала таять, воздух наполнился плачем, ужасной беззвучной жалобой. И вдруг фигура растворилась.

— Вернись, призрак! — закричал я. — Или лучше, если любишь Шарлотту, уходи прочь! Возвращайся в хаос, откуда ты пришел, и оставь мою Шарлотту в покое.

И я мог бы поклясться, что это существо снова заговорило, шепотом произнеся:

— Я терпелив, Петир ван Абель. И умею предвидеть далекое будущее. Я буду пить вино и есть мясо, я буду по-прежнему ощущать тепло женщины даже тогда, когда от тебя не останется и костей.

— Вернись! — вскричал я. — Объясни, что это значит! Я видел тебя, Лэшер, так же ясно, как видят ведьмы, и я могу сделать тебя сильным.

Но в ответ — только тишина. Я упал на подушку, понимая, что это был самый мощный призрак из всех, каких я до этого встречал. До сих пор ни один из них не был таким сильным и так явственно видимым. И слова, произнесенные этим дьяволом, не имели никакого отношения к повелению ведьмы.

Как мне не хватало в ту минуту моих книг! Ах, если бы они оказались тогда под рукой!

И снова перед моим мысленным взором возник каменный круг в Доннелейте. Уверяю тебя, призрак появился в том месте не без причины! Это не просто коварный демон. И не Ариэль, готовый повиноваться волшебной палочке Просперо![8] Я был столь взбудоражен, что вновь прибегнул к помощи вина в надежде, что оно притупит мою боль.

Вот так, Стефан, прошел мой первый день плена и несчастий.

Я досконально изучил свое небольшое жилище. Столь же подробно пришлось исследовать и утес, с которого ни одна тропа не спускалась к берегу.