Ведьмы, карта, карабин

 — И тут колебания поля резко ниже, словно месторождение его сглаживает, прямо демпфер… Есть еще такие места?

— Рудный.

— Рудный… — Смирнов переставил карандаш. — Но тут спокойной зоны нет.

— Можно списать на постоянный пробой магический, там же всегда проблемы. Я Черный Провал не разрисовал, но уверен, что там картина такая же.

— А тут я ничего не знаю. — Смирнов обратил внимание на зону у Южных болот. — Может, что там и есть, но не скажу… так, давай прямо в цифрах посмотрим. — Он перескочил на угольный разрез возле границы с Городом. — Методика уже понятна, так что даже не ждем, пока ты там докрасишь… ну вот, видишь? — Он хлопнул ладонью по столу.

— Вижу.

Ну да, там то же самое. Развернутая в сторону близкой границы дуга, внутри дуги сам карьер. Чем не закономерность? Очень даже вполне. Только чтобы так искать ископаемые, надо поля через каждые десять метров по всему Приграничью год мерить. Даже звучит смешно. Или не смешно. О чем я Смирнову и сказал.

— Это так, это верно, — закивал он. — Но если бы все так просто было, это бы давно вскрыли. Это правило — оно часть чего-то большего. И вот что вот здесь, — показал он на первую, верхнюю кальку, — я ума вообще не приложу.

Просто длинные числа вразброс по карте. Ближе к границам все, но не всегда. Никакой видимой системы, вообще ничего, множество цифр — и все.

На моей карте помимо аномалии у Южного болота вроде как еще одна прослеживается, уже на территории Города, но замеров все же маловато, может, и совпадение. И на той территории самому проверять — дело дурацкое.

Вот кажется мне, что калька с цифирью — она тут ключ к разгадке. Хотя бы потому, что она, судя по потрепанности, самая поздняя. Как будто покойный ученый наложил ее после всего, чтобы именно выводы записать. И записал. Одному ему ведомым кодом.

Или это все же не код, а какие-то значения? Длинные числа, совершенно случайные на вид. Ближе к границе, дальше от границы, ближе к аномалиям — никаких явных закономерностей, совершенно случайные на первый взгляд.

Мы так и обед просидели, навернув бутерброды из моей коробки и запив чаем, затем и к ужину дело подошло. Свою копию кальки я разрисовал до конца. Получилось пестро, но опять без особой системы вроде как. Потом Смирнов потянулся с кряхтением, потер лицо руками, сказал:

— Покойный еще и в библиотеке работал постоянно. Значит, пользовался чем-то еще. Надо туда ехать и его списки выдачи смотреть.

— Не знаю там никого.

— Я знаю. Наталью Сергеевну, директора. Давно дружим, еще со школы.

Ну да, Смирнов из местных, тут и родился. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что был Форт когда-то обычным северным городком и люди тут жили самой обыкновенной жизнью. И многие друг друга знают, потому что городок небольшой.

— Договоритесь?

— Завтра с утра и заеду.