Ведьмин камень

Потом опять поплакалась на свою женскую беззащитность перед хамством «придурка Кольки». Между делом уточнила, точно ли Андрюша прописан в квартире своей матери и точно ли является ее наследником. Получив, как видно, утвердительный ответ, успокоилась и стала прощаться с «лапулей». После телефонного разговора Эвелина отправилась в ванную («Где, блин, это чертово полотенце?»).

Я сидела и еще некоторое время размышляла об услышанном. Я еще раз убедилась, что Николай не слишком огорчен изменой своей бывшей пассии. Мне и раньше это казалось удивительным, но я считала, что, возможно, он просто не хочет демонстрировать своих чувств перед посторонним человеком, то есть передо мной. Но сейчас это равнодушие снова подтвердилось. Николай даже грозил Эвелине исключительно из-за квартиры и перстня. Ее измену он задел вскользь. Но, в конце концов, это его личное дело, как реагировать на измену своей возлюбленной. Скорее всего, любовью здесь даже не пахнет. Возможно, он встречался с ней так, от скуки. Не сидеть же в самом деле одному дома после тяжелого трудового дня!

Было ясно, что ничего интересного здесь услышать мне больше не посчастливится, и я отправилась на улицу Комсомольцев-Добровольцев. Надо сказать, что прибыла я туда как раз вовремя, потому что Николай звонил кому-то из своих дружков. Смысл разговора, перемешанного тюремным жаргоном, сводился к тому, что Солдатенков просил какого-то Абрикоса помочь ему в одном дельце.

– Слышь, ты давай ко мне подруливай, а здесь все перетрем... Пузырь – само собой, как же базар вести без пузыря? Не поймем друг друга... Давай, Абрикос, жду.

Я, похоже, опять оказалась в нужном месте в нужное для меня время и в очередной раз запаслась терпением. Понемногу темнело. В подъезд заходили какие-то люди, иногда и выходили, но в «прослушке» по-прежнему было тихо.

Наконец из-за угла дома показалась колоритная фигура мужчины средних лет. Он был высок и широк в плечах. Размашистой, я бы даже сказала развязной, походкой субъект приблизился к дому Николая, как-то воровато огляделся по сторонам и нырнул в темноту подъезда. Я просто нутром почувствовала, что это – гость моего подопечного. И не ошиблась. Вскоре в «прослушке» раздался незнакомый мне хриплый голос:

– Ты че, один, что ли?

– Как видишь. – Николай говорил спокойно и негромко.

– А баба твоя где?

– В Тиберде! Присаживайся.

– Разбежались, что ли?

– Типа того.

– Ну и правильно! Бабы – они такие твари!.. Все беды от них. Я вот свою тоже недавно... далеко послал и не жалею. Заслужила, стерва!

– Слушай, Абрикос. У меня дело к тебе.

– Так вот он – пузырек!

– Это само собой. Но мне помощь твоя нужна. Помнишь, как-то я тебя выручил?

– Э-э, братан! Такие вещи порядочные люди не забывают! Мог бы не напоминать...

– Так вот.