Ведьмин камень

 – Торопитесь избавиться от меня?

Николай посмотрел на меня подозрительно:

– Что вам еще нужно? Я говорю вам спасибо, даже даю денег и при этом прошу только об одном: оставьте меня.

– Вы поступите с ним так же, как он поступил с женщиной, заменившей ему мать. Сварите в кипятке. Вы ведь этого хотели? Я помню, что вы тогда говорили у меня дома...

– Моя сестра погибла от рук человека, которого она считала своим сыном! Вы не представляете, как она любила его! Она дала ему столько, сколько не каждый родитель дает своему родному ребенку. Она ночей не спала, когда этот недоносок болел. Она доставала ему самые дорогие лекарства, водила к самым лучшим врачам. Она самолично готовила его в институт, сидела с ним над учебниками... А кто оплачивал его учебу? На бюджетное-то отделение он поступить не смог. Ярослава вбухала в него кучу денег. И вот итог – она умирает от руки этого звереныша! И вы хотите, чтобы я оставил все как есть? Ну уж нет. Я не привык спускать подонкам. Я отомщу. Если закон молчит, а вы сами, Полина, сказали, что дело закрыли, то придется мне взять на себя роль судьи. И палача заодно.

Николай встал, громыхнув стулом. Он был красным от злости. Или от выпитого коньяка.

– Я не сомневалась, что вы захотите воздать вашему... Андрею по заслугам. Но, Николай, подумайте о том, что вы уже сидели. Если сейчас вас снова арестуют, вас объявят рецидивистом и припаяют столько, что вы практически до конца дней проведете за решеткой. Оно вам надо?

Николай горько усмехнулся:

– А что остается делать? Спустить этому недоноску? Простить смерть сестры? Она была единственным родным моим человеком... Я теперь остался один... Нет, простить я не смогу. Не смогу жить спокойно, зная, что убийца ходит на свободе. А еще ведь он прописан в этой квартире, значит, имеет право на жилплощадь. На ее жилплощадь, той, которую он убил. Так лучше сидеть за правое дело...

– Сидеть никогда не лучше.

Николай посмотрел на меня долгим внимательным взглядом.

– Вы что-то хотите предложить?

– Хочу.

Он отодвинул от себя почти пустую бутылку и рюмку. Взял с тарелки лимон, положил в рот, поморщился, не сводя с меня своих зеленых глаз. А у него красивые глаза, мелькнуло у меня в голове. Умные. Выразительные.

– Говорите.

– Николай, четырнадцать лет назад пьяный прокурор сбил на своей машине моих родителей. Они погибли. Это произошло на моих глазах. Но меня, тогда четырнадцатилетнюю девчонку, никто слушать не стал. Милиция не просто замяла это дело – моих маму и папу еще объявили виновными в той аварии. Мы с дедушкой были вынуждены выплатить прокурору компенсацию за его помятую машину...

Я судорожно сглотнула. Каждый раз, когда я вспоминала эту историю, ком подкатывал мне к горлу. Наверное, у нее никогда не будет срока давности."

"– Я ждала четырнадцать лет.