Дмитрий Державин и ведьмин глаз

Они вышли на узкую улочку, один конец которой плавно переходил в широкий проспект, а другой упирался в подземный пешеходный переход, идущий под заполненной суетливыми машинами магистралью.

— Нам туда, — ещё раз нервно оглядевшись по сторонам, сказала Светлана Николаевна и кивнула в сторону перехода.

Стоявшая на углу говорливая кучка таксистов неожиданно притихла и обернулась в их сторону. Их подозрительные и холодные взгляды упёрлись в высокую фигуру Фёдора. Камердинер даже глазом не повел, хотя Димка увидел, как на скулах у него вздулись желваки.

Прохожих вокруг было мало и все они, как один, непроизвольно хмурились и ускоряли шаг, пытаясь быстрее покинуть это место. Дыхание тьмы здесь ощущалось чуть ли не физически, словно солнце вдруг закрыла чёрная туча. Димка поднял глаза к небу — там не было ни облачка.

Они медленно спустились в переход. Тут было довольно темно, тусклые лампочки почти не давали света. Лишь в дальнем конце светился выход на другую сторону улицы. Димка с удивлением почувствовал сильный запах хвои и прелой листвы, словно находился он не в центре большого города, а где-то в лесной глуши.

Они уже прошли половину перехода, когда вдруг слева в стене тихо открылась едва заметная дверка. Димка обернулся на звук и тут же испуганно сиганул за широкую спину Фёдора. Он не мог поверить своим глазам и буквально остолбенел от страха. Из двери, кряхтя и стуча по полу большим узловатым посохом, выбралась ведьма Балагрисса. Димка на миг даже решил, что это всего лишь кошмарный сон. Он сильно ущипнул себя и тут же сдавленно вскрикнул от боли.

Внезапно ведьма резко повернула голову и пронзительно взглянула своим единственным глазом на опешившего Димку.

— А-р-р-р, — утробно прорычала она. — Мальчиш-ш-шка из моего лес-с-са. Противный мальчишка, ты все ещё жив? Не могу поверить, что он тебя пропустил. — И она громко ударила посохом по гранитному полу."

"— Уймись, тёмная. Здесь не твой лес. Иди своей дорогой по добру, по здорову, — грозно проговорил Фёдор, буравя старуху тяжелым взглядом.

Светлана Николаевна вынула из сумочки что-то похожее на золотистую толстую палочку с небольшим набалдашником на конце, в котором ярко сиял бирюзовый камень.

— Ещё слово про моего сына, и ты очень сильно об этом пожалеешь, — яростно процедила она сквозь зубы.

Ведьма хрипло расхохоталась.

— У твоего сына силы больше, чем во всей этой твоей жалкой погремушке. Он лишь легонько хлопнул меня по руке, а меня словно молнией ударило. А сейчас что? Посмотри на него: струсил, спрятался, — и она вновь начала смеяться.

Димке стало стыдно и до ужаса обидно. Он вызывающе взглянул на Балагриссу и вышел из-за спины Фёдора. А ведьме только это и нужно было.