А. Смолин, ведьмак

Из мелочей, как правило, и складывается общая картина.

— Свежая и оригинальная мысль, — усмехнулся я. — Но — не вопрос.

— Ну? — поторопил меня оперативник. — Или с тобой за последние дни ничего из ряда вон выходящего не произошло?

— С аджином познакомился, — показал я рукой на Абрагима. — Это как, подойдет?

— Саш, не смешно, — укоризненно произнес Нифонтов.

— Еще меня подрядили на кладбище сходить и у недавно умершего коммерца узнать, где он бумаги свои спрятал. Не знаю, насколько это подходит под понятие «необычное». Для нормального человека звучит как бред, для меня это будни. Правда, кладбище больно неудачное подвернулось.

— В смысле? — насторожился Нифонтов.

— Одно из центральных. То самое, на которое мы с Женькой в том году ходили. Тамошний Хозяин тот еще… Владыка мертвых. Чую, хлебну нынче ночью горячего.

— Отказался бы, — немного равнодушно посоветовал сотрапезник. — Или предложенная мзда настолько поразила твое воображение?

— И да, и нет, — уклончиво ответил я, практически из детского упрямства не желая признавать правоту оперативника. — Всё сложно.

— Не доведет тебя семейство Ряжских до добра, — подытожил тот. — И себя самоё, заметим, тоже. Нашли с кем в игры играть. Просто гимн идиотизму.

— Я им это пытался объяснить, но они меня слышать не желают.

Оперативник только рукой махнул на эти слова, давая понять, что говорить тут не о чем.

— С тобой сходить, что ли? — задумчиво спросил он у меня через пару минут молчания, как только доел остатки шаурмы. — На кладбище, имеется в виду.

— Плохая идея, — возразил я. — Тамошний Хозяин вашего брата сильно не любит, он сам это в прошлый раз сказал. Если мне не веришь, то у Мезенцевой спроси, она подтвердит. Кстати — как Женька? Сильно буянит?

— Совесть замучала? — усмехнулся Николай. — Как, как… Как обычно. Смотрит исподлобья, тихонько ругается, когда никто ее не видит, каждый день ходит в тир, и игнорирует Вику как таковую. Что-то в ее рыжем котелке кипит и булькает, но что именно, пока непонятно. Рванет — разберемся.

— Главное, чтобы в центре взрыва мирных граждан не оказалось, — опасливо заметил я. — Атомная бомба не выбирает цели.

— Боишься? — хихикнул Николай. — Правильно делаешь. Ты как те Ряжские — полез туда, куда не следует, а теперь надеешься, что расплачиваться за сделанное не придется.

— Надеюсь, — признался я. — Ну и потом — что за детские забавы? Мы все не школьники уже, чтобы верить в любовь до гроба! И уж точно не стоит портить жизнь друг другу по такому дурацкому поводу. Вика говорила мне, что у Мезенцевой до сих пор странные представления о взрослой жизни, но я предположить не мог, что все настолько запущено!

— А надо было, — назидательно помахал пальцем у моего носа Николай.

— Не смешно, — начал злиться я.