А. Смолин, ведьмак

Это тебе не мертвую воду раздобыть или на поле «залом» распутать так, чтобы и у самого руки не отсохли, и рожь не сгнила на корню. Тут сложнее.

Это да. Куда ни кинь, всюду клин.

— Если не секрет — чего вы мне про это раньше не сказали? — спросил я у Хозяина. — Ну, про то, что меня за кромку тянуть будет?

— А зачем? — безразлично ответил вопросом на вопрос повелитель мертвых. — Это твои напасти, не мои. Сегодня вот к слову пришлось, а тогда — нет.

Вот такая вот у него позиция, выходит. Интересно, а что еще у него к слову не пришлось? Наверняка есть такие темы, о которых я пока понятия не имею, но непременно с ними столкнусь в будущем, ближайшем или не очень.

— Ну ты пока подумай, а я своими делами займусь, — бросил мне умрун. — Зима близко, ведьмак. Совсем близко. Ранняя она в этот год будет, и долгая. Думаю, что деньков через пять первая пороша и ляжет. А стало быть, мне надо ко сну отходить, до будущей весны.

— А кто же тут зимой за старшего? — изумился я. — Людей же хоронят независимо от сезона. Кто-то должен души сортировать.

— До тепла эти души подождут, — заявил умрун. — Ничего с ними не сделается. И спешить им некуда. Границы кладбища запечатаны, самых буйных вон мои доверенные слуги усмирят, а ты сам привыкай свои проблемы решать. Я тебе свою голову приставить не могу. То есть — могу, разумеется, но делать этого не стану.

— И не надо, — одобрил его решение я. — Хотя мне вас, если честно, все равно будет не хватать. Не как подсказчика, но как доброго приятеля.

— Какой я тебе приятель, ведьмак? — понизив голос, поинтересовался у меня Хозяин Кладбища. — Запомни — в нашем мире нет приятелей и друзей. Совсем. Есть временные союзы, заключенные сделки, договора, которым тысячелетия и которые нельзя нарушать. А дружба… О чем ты? У нас всё разное — судьба, интересы и предназначение. Я уж молчу вот об этом!

Он поддернул рукав балахона, а после чиркнул ногтем указательного пальца правой руки по запястью обнажившейся левой. Хорошо так чиркнул, у меня бы кровь фонтанчиком брызнула.

Но то у меня. Здесь же на землю упало несколько капель черной тягучей жидкости, которая, как видно, плескалась в его венах вместо крови. Более всего она напоминала мазут. Да еще и вспыхнула секундой позже, причем синим пламенем.

— Усвой уже, ведьмак, — Хозяин Кладбища встал с могильной плиты и вытянулся во весь свой богатырский рост. — Ты один, как и любой из нас. Ты всегда будешь сам по себе, сколько бы людей или нелюдей тебя ни окружало. Ты должен быть готов к этому одиночеству. И еще ты должен быть готов убивать. Без раздумий и сожалений, забыв о всех тех слабостях, что присущи большинству представителей рода человеческого.