А. Смолин, ведьмак

«А значит, ты мой человек» — это вы хотели сказать, Ольга Михайловна, ведь так? Причем это не неосторожная оговорка, все было произнесено вполне себе опосредованно.

Ладно, пусть будет так. Пока — пусть будет.

— Мне еще хотелось бы донести до нее, что она может потерять больше, чем приобрести, — тщательно взвешивая слова, произнес я. — Если начать на меня давить, то я могу потерять над собой контроль, и кончится это не очень хорошо. Не стану описывать как именно, но поверьте мне на слово. Я не люблю пугать и стращать, особенно людей, возможности и связи которых значительно превышают мои, но что мне остается делать? Опять же, вы наверняка знаете, кто является самым опасным животным на планете?

— Лев? — предположила Ряжская.

— Не-а. Крыса, загнанная в угол. Она способна на такое, что льву не снилось. И мне очень важно, чтобы госпожа Вагнер поняла, что не надо меня загонять в этот самый угол.

— Главное, что это поняла я, — подумав, сообщила мне Ряжская. — А до нее я это как-нибудь донесу.

На том мы и распрощались. Не знаю, как Ольга Михайловна, а я был доволен случившимся разговором. Он один хрен назревал. Так что где-то я даже был благодарен Яне Феликсовне. Если что — не буду на нее Глядею насылать. Грынушей ограничусь. Все-таки слепота — это очень страшно. Хватит с нее и стремительно прогрессирующей грудной жабы.

Я же не зверь, правда?"

"Да, вот еще что. Надо будет себе на ближайших выходных сейф купить. Небольшой. Домашний. Книгу в нем хранить и разные полезные приблуды, вроде волос особо дорогих мне людей, как та же Ряжская, например. Тем более что коллекция может и расшириться. Не хотелось бы потерять что-то из нее. Да и денежные знаки тоже не дело хранить просто так, как бог на душу положит, распиханными по разным тайникам в квартире. Пусть в одном месте лежат.

Выбору сейфа я и посветил остаток рабочего дня, а во время дороги домой размышлял, поставить ли мне его просто так, на пол, или все-таки вызвать рабочих и встроить в стену, как делают все приличные люди? В стену, конечно, лучше, но вот выдержит ли вышеупомянутая стена такое вмешательство в себя? Дом у нас не новый, потенциальный кандидат на реновацию, так что как бы Вавилу Силыча безработным не оставить. Он ведь не простит мне этого.

В подобных мыслях я дошел до квартиры и было полез за ключами, но достать их не успел, потому что на меня сразу с двух сторон набросились Родька и Вавила Силыч, наперебой тараторя:

— Не открывай дверь! Не подходи к ней!

У меня даже ключи из рук выпали от неожиданности.

— Вы! Чего? — я даже запинаться начал. — С ума совсем сошли?

— Нельзя-а-а-а! — свистящим шепотом сообщил мне Родька, выпучил свои круглые глаза и потыкал лапой в сторону двери. — Туда — нельзя!

Я посмотрел на дверь. Какая была — такая и осталась. Закрыта вроде.