Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

Он больше смахивал на ящера, чем на большого кота, хотя эти пучки щупалец на башке действительно могли сойти за кошачьи уши, да и белые клыки в пасти тоже наводили на мысль о коте. Длинным хвостом, шуршащим по сухим листьям, тварь тоже пользовалась по-кошачьи – для равновесия в прыжках.

Зоррил прыгнул на ведьмака длинным броском. Геральт и на этот раз увернулся, но опять же без всякой грации – скорее отчаянным рывком, чем ловким уклонением. Но снова сумел ударить, размашисто и неуклюже, зато метко – почти отсёк одну из передних когтистых лап зоррила. Несмотря на это, чудовище успело зацепить ведьмака когтями другой лапы, но они, вместо того чтобы разорвать плоть, лишь проскрежетали по серебряным заклёпкам куртки. Зоррил рухнул на траву, а ведьмак рубанул сверху что было сил. Кровь хлынула фонтаном, монстр жутко взвыл, но даже с распоротым брюхом уже готовился к новой атаке. Геральт подскочил, ударил, клинок достал до позвоночника, зоррил свернулся, закричал страшно, почти по-человечески, ведьмак рубанул ещё раз, лезвие дошло до спинного мозга. Зоррил забился, раздирая когтями землю. Геральт ударил снова, перерубая позвонки в другом месте. Зоррил визжал и метался, Геральт рубил. И тоже кричал. Зоррил выл, Геральт рубил. Раз за разом, как дровосек топором. Зоррил уже не выл, только хрипел.

Прошло немало времени – и потребовалось ещё несколько ударов – прежде чем он затих.

Луна выглянула из-за туч, просвечивая сквозь голые ветви деревьев. В её сиянии разбрызганная кровь казалась чёрной как смола.

Геральт рухнул на колени, и его вырвало. Рвало его долго. А поскольку желудок был почти пуст, процесс оказался очень, очень мучительным.

Извергаемые эликсиры жгли горло огнём.

Глава седьмая

Открытие нового блюда приносит человечеству больше счастья, чем открытие новой звезды.

Жан-Антельм Брилья-Саварен

Глава седьмая

Ежемесячное собрание Благородного Братства Гурманов было созвано – как обычно – в первую среду месяца, выпавшую на третье июля. Местом встречи, как всегда, служил рыцарский зал королевского дворца в Ард Каррайге. За столом, выстроенным подковой, расселись члены Братства в полном составе – двадцать три человека. Болтовню и разговоры за туссентским вином и солёным миндалём прервало торжественное появление двадцать четвёртого члена Братства, короля Каэдвена, Его Величества Миодрага Первого."

"Король вошёл в зал один, без пышности и фанфар, и приветствовали его также без помпы – никто не встал с места и не зааплодировал.

— Приветствую, уважаемые Собратья, — начал король, едва усевшись на почётное место посередине стола.

На время собраний Братства его члены, независимо от титулов и рангов, называли друг друга Собратьями.