Ведьмак

И слушать, слушать, собирать информацию. Сфинкс. Быть сфинксом».

– Итак, Вильгефорц, – хлопнула Сабрина рукой по столу. – Не Эмгыр, а Вильгефорц, эта очаровашка, этот благопристойный подлюга! Провел и Эмгыра, и нас!

Йеннифэр успокаивала себя глубокими вдохами. Ассирэ вар Анагыд, чародейка из Нильфгаарда, совершенно явно чувствовавшая себя неуютно в плотно облегающем платье, рассказывала о каком-то молодом нильфгаардском дворянине. Йеннифэр знала, о ком речь, и невольно сжимала кулаки. Черный рыцарь в крылатом шлеме, кошмар и бред Цири… Она ловила на себе взгляды Францески и Филиппы. Трисс, взгляд которой она пыталась привлечь, избегала ее глаз. «Дьявольщина, – думала Йеннифэр, с трудом придавая лицу безразличное выражение, – ну и влипла я. В какую паршивую ловушку я загнала девочку… Черт, как мне теперь глядеть в глаза ведьмаку…»

– Значит, представится прекрасная возможность, – возбужденно воскликнула Кейра Мец, – отыскать Цири и одновременно взять за глотку Вильгефорца! Подожжем у подлеца землю под задницей!

– Чтобы поджигать землю, сначала надо найти убежища Вильгефорца, – съехидничала Шеала де Танкарвилль, чародейка из Ковира, которую Йеннифэр никогда не жаловала избытком симпатии. – А пока что это никому не удалось. Даже некоторым сидящим за нашим столом дамам, которые, к слову сказать, не жалели на поиски ни времени, ни своих незаурядных способностей.

– Уже найдены два из многочисленных убежищ Вильгефорца, – холодно ответила Филиппа Эйльхарт. – Дийкстра активно разыскивает остальные, а я бы его со счетов не сбрасывала. Порой там, где подводит магия, справляются шпионы и осведомители.

* * *Один из сопровождающих Дийкстру агентов заглянул в камеру, испуганно попятился, прислонился к стене и побледнел как полотно. Смотрелся он так, словно вот-вот потеряет сознание. Дийкстра сделал пометку в памяти: перевести неженку на бумажную работу. Но стоило ему самому заглянуть в камеру, как он тут же изменил мнение о работнике. Желудок подскочил у него к горлу. Однако, чтобы не компрометировать себя перед подчиненным, он не спеша вынул из кармана надушенный платок, приложил к носу и рту и наклонился над голым телом, валявшимся на каменном полу."

"– Рассечены живот и матка, – поставил он диагноз, стараясь говорить спокойно и холодно. – Очень умело, рукой хирурга. Из девушки извлекли плод. Делали это, когда она была еще жива. Но не здесь. И что, все в таком состоянии? Леннеп, я к тебе обращаюсь?

– Нет… – вздрогнул агент, оторвав глаза от трупа. – У других винтовой гарротой сломаны шеи. Они не были беременны… Но мы произведем вскрытие…

– Сколько нашли всего?

– Кроме этой – четырех. Ни одну не удалось опознать.

– Неправда, – проговорил из-за платочка Дийкстра. – Я уже успел опознать эту.